Книга Мы сотрем ваше прошлое, страница 102 – Анита Гамильтон

На подъезде 111 Мюррей-стрит подготовленных фраз не осталось совсем, и это раздражало: на работе она никогда не входила на объект, не зная, с чего начать, а Генри Сноу регулярно превращал ее идеально организованный мозг в кашу.

Пентхаус теперь выглядел примерно так же. Камень, стекло и дорогая мебель оставались на местах, но одна секция книжного шкафа пустовала, возле стены стояли коробки, из-под рабочего стола свисали кабели, а на полированной поверхности остался чистый прямоугольник на месте исчезнувшего компьютера.

— Федеральные агенты хотя бы снимали обувь? — спросила Люси у двери кабинета.

— Нет, мэм. Шеф внутри, а я буду внизу, — ответил Блэйз.

— Варвары.

Генри стоял у окна в белой рубашке с закатанными рукавами и темных брюках, без галстука. В руке чашка чая, на столе папки и телефон. Легкая щетина, тени под глазами и усталость в плечах выдавали бессонную ночь лучше любых объяснений.

— Доброе утро, Люси. Спасибо, что приехали. Я не был уверен, что после вчерашнего вы сочтете приглашение разумным, поэтому особенно ценю тот факт, что Блэйзу все-таки позволили увезти вас из Квинса.

— Бабушка еще не приняла окончательного решения насчет Блэйза, но сегодня он отделался предупреждением. А теперь объясните, почему вы выглядите так, будто федеральное правительство объявило сон незаконным.

— Я спал. Около двух часов. Адвокаты закончили ближе к утру, затем пришлось выяснить, что именно забрали и какие счета временно заблокированы. После этого сон показался несколько менее срочным мероприятием.

— Два часа. В Роттердаме был один, так что прогресс очевиден. Если продолжите в таком темпе, к старости научитесь спать как нормальный человек. Я просто не хочу, чтобы вы умерли раньше, чем оплатите все счета «Криминального блеска».

— Верите в мое счастливое будущее? Оптимистично. — Уголок его рта дрогнул, и Люси почувствовала, как напряжение немного отпускает.

— Макларен звонил мне в Роттердаме, когда вы уехали из ангара с Блэйзом, — сказала она. — Утром ему внезапно открыли федеральный архив на тебя. Он велел мне закончить работу, купить обычный билет и держаться от тебя подальше.

Генри выслушал ее, не перебивая.

— И, если быть справедливым к детективу Макларену, совет был логичным. В материалах наверняка есть правда, вещи, представленные без контекста, и обвинения, к которым я не имею отношения.

— И что теперь?

— Теперь я должен спросить о вас. После Роттердама я сказал, что вы можете уйти, но вчера мы так и не закончили этот разговор. Я не намерен пользоваться тем, что произошло между нами, кольцом или вашей привязанностью ко мне как аргументом. Если разговор с Маклареном изменил ваше решение, скажите сейчас. Блэйз отвезет вас домой.

Люси посмотрела на него.

— Я вчера пыталась представить именно это. Дом, Эл, мой фургон, заказы. Снять кольцо и продолжить жить так, будто последние две недели были очень дорогостоящим нервным срывом. Разумная жизнь, Генри. Я представила понедельник, потом следующий, потом месяц. Только меня там не было. Какая-то другая Люси спокойно моет чужие ковры и никогда не проверяет новости из Европы, потому что там нет ни одного британского идиота, способного за ночь организовать международный скандал. Наверное, ей очень хорошо. Но я с ней совершенно не знакома.