Книга Потерянное эхо, страница 71 – Фарха Таннба

Грядущее казалось более неотвратимым и мрачным, чем раньше, и потому Рубидия каждую свободную секунду тратила на бесконечные расчеты и математические преобразования, решала уравнения, полученные на основе различных моделей, чтобы разобраться во всём и спасти Эрсина… а может, и не только его. Если заставить эхо рассказывать о делах минувших дней упорядоченно и спокойно, с полным контролем возраста вызванного сигнала, можно будет узнать историю и получить доказательства невиновности адмирала Илаи. Только вот даже готовая теория не поможет Рубидии найти подходящий носитель. Эфирный свидетель должен быть надёжен, очевиден и понятен любому наблюдателю, ведь ни один золотой маг не сможет подтвердить его откровенность или опровергнуть ложь.

И ещё одна проблема, о которой майстерин Гаусс не могла никому рассказать и о которой не смогла бы ни с кем посоветоваться: достаточно ли будет найденных доказательств и окажутся ли они достаточно убедительными для посторонних. Не останутся ли источники эфирного эха для всех вокруг просто хламом, а сама идея эха и его природы — глупой и нелепой игрой разума? Офицерские пуговицы, портсигар, лисентиарская повязка, дешёвый кулон — это всего лишь мелкие вещицы, и они совершенно не обязаны принадлежать именно тем людям, про которых будет говорить майстерин. По крайней мере, так может показаться стороннему наблюдателю. Если она хочет найти настоящие доказательства, нужен источник эха, происхождение которого не вызовет сомнения. Нечто, столь же узнаваемое, как пламенные крылья Красного Барона… или иной именной артефакт. Хотя подойдёт даже не именной, просто выданный конкретному владельцу. У любого армейского артефакта сложнее простейших аптечных “заглушек”, помогающих остановить кровь, есть собственный номер, по которому можно безошибочно найти владельца.

Раз уж Рубидия хочет однажды представить свои эфирные доказательства в суде, ей придётся искать эфирное эхо, запечатленное в артефактах. А значит, нужно скорее разрабатывать математический аппарат и выяснять, как эхо может взаимодействовать с закрепленными в объекте потоками эфира, как вызвать эхо и не дать энергии утечь в основную энергоконструкцию. И ведь на всё нужно время, но его безумно, прямо-таки катастрофически не хватало.

Не хватало, но Рубидия всё ещё тратила его на утренний чай, пыталась зацепиться за что-то настоящее. За аромат цветов от закатного чая, совсем не похожий на гарь или кислый-пряный запах пота от нестиранной одежды и немытого тела, или на кровь и горячий металл под обожжёнными пальцами. Нет, не пальцами, пальцы до вони горелого мяса не обожжёшь. Это же…

— Майстерин, я принесу вам её через несколько дней. Этого времени мне хватит, не сомневайтесь.

— Что? — глупо переспросила Рубидия. О чем вообще юлчы только что говорила?

— Майстерин, я думаю, что успею выяснить всё возможное за ближайшие три-четыре дня. А больше, чем удастся узнать за это время, мне просто так всё равно никто не расскажет и не покажет, — спокойно пояснила Тидесбала. По всей видимости, она решила, что майстерин Гаусс просто слишком плохо спала и потому рассеяна. Да, хорошо бы именно так она и думала.

Рубидия кивнула, отгоняя от себя тени прошлого.

— Хорошо, Ут-Кызы. Думаю, мне тоже хватит этого времени, чтобы улучшить теоретическую модель для эфирного эха и условий его возбуждения.