Книга Качели смерти, страница 145 – Котаро Исака

Со стороны вооруженных полицейских доносятся громкие голоса. Они звучат торжественно, как арии оперных певцов. Из-за акустики я не могу расслышать, что именно кричат полицейские, но могу представить что-то вроде «Не сопротивляйтесь» или «Сохраняйте спокойствие».

Я поднимаю руки вверх.

Меня охватывает знакомое чувство, которое я испытал много раз с того самого момента, когда встретил Тэрао Тэрасиму в вагоне синкансэна. Меня просто втянули. Вот как я оказался здесь. Я был втянут против своей воли.

Но куда?

Все началось с обещания Тэрао Тэрасимы и Ацуси Тюсондзи.

Нет, не так.

Причина в тех, кто постоянно враждует друг с другом. Другой «я» внутри меня дает ответ полным смирения голосом:

— Орудие для противостояния.

— Орудие?

— Всегда считалось, что все живые существа – это всего лишь переносчики генов, орудия, необходимые для их распространения. Так же и я всегда был орудием для повторяющегося конфликта.

Полицейские постепенно приближаются к сцене. Они похожи на хищников, медленно сужающих круг, чтобы схватить свою добычу.

Меня действительно хотят поймать. Нет причин для сопротивления или бегства.

Я чувствую, что все мои трудности наконец закончатся.

Но это не так.

Среди полицейских я замечаю того самого человека – Кагэтору Хияму.

На меня и так слишком много всего навалилось. Стычка с полицейскими и побег от «Велекасери», камера в моем глазном яблоке, фальсификация моих воспоминаний, все эти потрясения и стресс…

Когда к моим ногам падает пистолет, я поднимаю его, не успев подумать. Я уже смирился с тем, что должно произойти.

Окружившие нас полицейские продолжают приближаться. По глазам бьет вспышка света.

Снова посмотрев перед собой, я понимаю, что прямо у сцены оказался Кагэтора Хияма. Я не вижу никого, кроме него. Мы вдвоем, один на один. Он держит в руках оружие, и мне не остается ничего, кроме как направить свой пистолет на него.

Не слышно ни звука. Я не могу оторвать взгляда от Кагэторы Хиямы.

Я вспоминаю об увиденных мной воспоминаниях. Тот, кого я принимал за Кагэтору Хияму, был мной, а человек, который должен был быть мной, оказался Хиямой.

Две стороны одной медали.

Но кто из нас прав? Я или Кагэтора Хияма должны ошибаться!

Моя память или записи с камер – что из этого правда?

Я вспоминаю о кавер-группах. Есть ли ценность в копии, имитирующей оригинал?

Я настаивал, что если копия сможет воспроизвести стиль почти полностью, то она ничем не будет отличаться от оригинала. Но как быть, если оригинала больше нет?

Лучше, если останется оригинал?

Один выживет.

Другой исчезнет.

Я направляю пистолет перед собой. Кладу палец на спуск.

Чтобы оказаться на нужной стороне медали, я должен застрелить Кагэтору Хияму.

Если останусь только я, то моя память окажется единственной правдой.

Раздается громкий звук, похожий на топот огромного ботинка по полу.

Я чувствую, как удар приходится в голову.

Повалившись на спину, ощущаю сильный жар, словно я упал в костер.

За мгновение до того, как поле моего зрения темнеет, я замечаю несколько мужчин в углу сцены. Я так и не успеваю понять, что это участники группы «Гамма Моко».

29

Я все время думаю о том, что случилось бы, если б пистолет не скользнул под ноги Наомасе Мито.

Полицейские, поднявшиеся на сцену, чтобы поймать Ацуси Тюсондзи, были застигнуты врасплох. Они запаниковали и повели себя неразумно. После удара один из них выронил пистолет, и тот укатился под ноги Мито. Непонятно, как тому удалось схватить его и поднять перед собой. Его движения были такими плавными и четкими, словно были частью какого-то плана.