Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 266 – Ирина Чеботарь

Что Саша подумал?

Мали подкатил ко мне откуда-то сбоку. Я не сразу его заметила.

— Ну, что, нравится у меня? Не жалеешь, что не наложила на себя руки, когда была возможность? Сидела бы сейчас в райских кущах, бананы поедала. – Раскосые глаза устремились вверх, будто названные райские кущи висят прямо у нас над головой.

— Мали, - мне не хотелось отвечать на его вопросы, пусть лучше он отвечает на мои, - я понимаю, почему ты в нашем мире принимал человеческий облик. Ты хотел ввести нас в заблуждение, очаровать. Но здесь-то тебе это зачем? Точки над «и» расставлены, всем известно, кто есть кто. А ты всё цепляешься за образ восточного принца. Почему?

Он побледнел. Я угодила в яблочко. Мали стесняется своего истинного обличия, оно ему противно.

— Не твоё дело. – Китаец оскалился.

— Признайся, тебе ведь нравятся люди? Ты хочешь быть человеком. Помню, помню, за книгу и нас тебе пожалуют жизнь, а, значит, и тело. Человеческое. Как же опротивело тебе твоё ослиное естество. А почему именно китаец? Почему не европеец, не африканец?

— Потому что дуры, вроде тебя, быстрее западают на китайцев. – Выпалил Мали уязвлено.

И я не могла с ним не согласиться. На перроне (как давно это было) он потряс своей сногсшибательной внешностью всех, без исключения, представительниц слабого пола.

— И всё-таки глупо стыдиться себя самого. – Кажется, я перешла на учительский тон.

— Ты уверена, что хочешь видеть его?

— Кого? – Я опешила.

— Демона.

— А что это изменит?

— Что ж. – Кожа поползла с Мали, как змеиная шкура. Прозрачные кусочки падали на землю, обнажая всклоченную шерсть непарнокопытного. Жуткая морда уже скалилась огромными зубами. Чудовище росло и формировалось на моих глазах. Я пятилась, усилено борясь с наползающей на лицо миной отвращения. Мали не страшно было оскорблять, но вот то, во что он превращался, не стоило даже чуточку расстраивать. Вот он, перевоплотившийся, навис надо мною, а я зажмурилась не в силах смотреть на противоестественное существо, мутанта-переростка.

— Нравится? – Прорычало у меня над головой.

— Лучше навеки сгинуть, чем стать таким… - Потихоньку я открыла глаза и набралась смелость взглянуть на Мали.

Я ожидала гнев, ярость, бешенство. Но в красных глазищах застыла мука. И со мной случилось то, что я считала невозможным — я от всей души пожалела своего мучителя и тюремщика. На какой-то миг его боль током пробежала по моим членам. Видимо все мои чувства отразились на лице, чудище застонало и с отчаянным криком бросилось прочь.

Я смотрела ему вслед озадаченная, ничего не понимающая. Скоро ко мне подскочила каракатица, и я, не дожидаясь пинков, стремглав заскочила в очередь и потащила свою тачку к карьеру.

Успокоившаяся каракатица отошла. От дня наступившего я ждала нестерпимой муки, а он оказался на удивление сносным. Я втянулась в работу. Самым трудным было нагружать тачку. Толкать её я приноровилась так, чтобы не тратить много сил. А во время обратного хода с пустой тележкой и стояния в очереди, я и вовсе отдыхала. Правда, мука всё-таки была, нестерпимо хотелось есть. Я даже подумывала слопать ягоду. Но, вспомнив слова Саши, что ягода — единственная надежда на возвращение и подействует только в момент умирания, сдержалась.

Ещё рано.

Пока что я не утратила способности дышать полной грудью и чувствовать жизнь каждой клеточкой своего голодного и избитого тела. Как всё-таки здорово жить, понимать, осознавать.