Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 254 – Ирина Чеботарь

— Ваня! Стой, где стоишь! – Прокричала я что есть мочи, и он застыл соляным столпом. Я читала в его лице осознание надвигающейся потери. Тем временем у меня под носом разворачивалось настоящее побоище. Мали, жаждущий ознакомить Сашу с красотами своих владений, старался не навредить его хрупкому человеческому телу. Саша же в полную силу одарял тумаками китайца, защищая рукопись и, делая вид, что раскаялся и собирается зашвырнуть трактат в мир людей. Даже руку занёс для броска. Мали подпрыгнул, не дотянулся до рукописи, но и бумага, и пакет вспыхнули. Саша уронил пылающий свёрток. Обоим осталось только любоваться огнём.

— Что ты наделал? – В ужасе спросил Саша.

— Ускорил своё решение. – Засмеялся Мали. – Её в любом случае ждало уничтожение. Астарот не простил бы мне такой оплошности. Я давно доложил ему о гибели рукописи. Ни тебя, ни рукопись я не планировал ему демонстрировать.

— Но… - Саша хотел что-то спросить.

— Мне тоже жаль, - закатил глаза китаец. – Хотелось ознакомиться, в точности ли эта рукопись соответствует печатному варианту. Ну да ладно.

Я слушала спор вполуха, взгляд мой приковало неподвижное тело Пенелопы Витальевны. Я надеялась уловить в нём хоть какие-то признаки жизни, доказательство, что она не умерла. Ваня всё так же отрешённо стоял посреди кладовой, знал ли он, что по щекам его текут солёные ручьи горя?

— Осторожно двери закрываются. – Компьютерным голосом объявил Мали. И деревянная преграда навеки разделила меня и Ванечку. Прощай, любимый. Я буду молиться за тебя сколько хватит сил. Я обессилено прислонилась щекой к горячему дереву.

— Добро пожаловать на станцию «дорога в Ад» - Снова пошутил китаец. – Ну что, двинулись?

Саша обнял меня и повлёк к лестнице. Я подчинилась, жаркие слёзы жгли мне лицо, я даже не пыталась их остановить.

— Не печалься, красавица, скоро эта боль пройдёт, и ты ничего не будешь чувствовать. Здесь не так уж плохо. Впереди у вас целая вечность, жаль, вы об этом знать не будете. – Мали, довольный собой, с наслаждением расписывал наши перспективы, я была совершенно опустошена, Саша крепился и поддерживал меня. – Начнём экскурсию?

— Дай отдышаться. – Саша остановился, заглянул мне в глаза.

— Люба.

— Саша.

— Отдышишься после, - рыкнул китаец. – Скоро вы сдохните и потеряете ко всему интерес. А я потеряю интерес к вам. Так что, идём, познакомлю вас со своим хозяйством.

Мали обогнул нас и зашагал первым, мы потянулись за ним. Лестница казалась бесконечной. Винт за винтом она спускала нас в пропасть, мне с трудом удавалось не думать о глубине и том, что я оставила наверху. Сашины руки были единственной опорой для меня. Кромешная тьма скорее радовала. Я не хотела видеть окружающих меня предметов. Даже невидимые они были мне отвратительны и, более того, ненавистны. Запах мертвечины воспринимался как должное.

А чем ещё может пахнуть преисподняя?

Наконец, Мали остановился.

— Сейчас будет коридорчик, не споткнитесь — пол неровный, камни, ямы, мусор. – Вы, надеюсь, не честите меня за отсутствие свечей, факелов или электрических ламп? Не люблю света. Да и вам полезно посидеть в темноте. Скоро вся ваша жизнь погрузится во мрак. Б-р-р-р. Самому жутко становится.

Саша по-прежнему придерживал меня. И только его близость, его тепло, его ровное дыхание не давали мне упасть духом, поддаться панике, превратиться в дикое потерянное животное.