Книга Хозяйка каланчи. Княжна Пожарская, страница 3 – Адель Хайд

И словно в ответ на мой страх раздался громкий и требовательный стук в дверь.

И Алексей, и тётушка переглянулись. Я же сначала не поняла, подумала, что это они решили кого-то пригласить, чтобы мне сюрприз сделать, но сейчас, глядя на встревоженные лица родных, я поняла, что они сами не в курсе, кто бы это мог быть.

Стук был настолько громкий, что мы услышали его из гостиной. И не успело пройти и пары секунд, как он повторился. Алексей поднялся из-за стола.

— Не волнуйтесь, — он успокаивающе улыбнулся, — пойду погляжу.

Но Алексей не успел дойти до двери, как она резко распахнулась, и в столовую вошли несколько человек в форме. Форма была странная, никаких нашивок или фуражек, форма больше напоминала обычную одежду, если бы не золотые гербовые пуговицы, которые выделялись на чёрном фоне.

В памяти что-то мелькнуло, я почему-то вспомнила цесаревича, помнится, что он тоже, когда я встретила его впервые, был в чёрном камзоле с такими же пуговицами.

Один из вошедших, высокий, казавшийся седым, но молодое лицо и холодные глаза выдавали в нём ледового мага. То, что это был ледовей чувствовалось сразу. Только его стихия, в отличие от Алексея, которому из-за огненной магии досталось больше красок, обесцветила его полностью, волосы были белые-белые, кожа светлая, и глаза обладали льдисто-голубой прозрачностью. Тонкие бледные губы были сжаты.

Тем не менее вопрос прозвучал от него весьма чётко и звучно.

— Алексей Пожарский? — спросил он, пристально глядя на брата.

— Да, это я, — спокойно и с достоинством ответил Алексей.

— Мы вынуждены вас задержать, — всё так же лаконично и коротко прозвучало от мага.

— А в чём дело? — я встала из-за стола.

Мне достался высокомерно-презрительный взгляд. Ледовей не удостоил меня ответом, и мне пришлось представиться самой.

— Дарья Николаевна Пожарская, глава рода. Объясните, по какому праву вы врываетесь к нам в дом и куда-то уводите моего брата?

В глазах ледовея мелькнуло едва заметное удивление.

— Эрнест Кириллович Виллард, — он слегка склонил голову. — Управление тайных дел Его Императорского Величества.

Я посмотрела на Алексея, потом на тётушку.

— Что-то я не припомню такого управления, — сказала я, лихорадочно перебирая в памяти всё, что я знала об императорских службах и законах из пройденной программы обучения.

Хорошо, что она не ограничивалась арифметикой и чистописанием — главы родов занимались по расширенному курсу, пусть и в базовом варианте, но государственное устройство и основы местной юриспруденции я освоила.

— Наша служба была основана полтора года назад, — заявил мне этот Эрнест Кириллович Виллард таким тоном, что уж это я точно должна была знать, и взгляд его стал подозрительным.

Но я не стала обращать внимания на то, как он говорил, мне было интересно другое, и я спросила:

— Вы не ответили, господин Виллард, на каком основании вы задерживаете моего брата?

Виллард достал бумагу. Я знала такой тип документов — это была артефактная бумага, использовавшаяся для приказов, которые нельзя было подделать. Тем не менее я протянула руку, и он мне передал плотный лист. Я прочитала.

«…Алексей Константинович Пожарский должен быть задержан и препровождён в Таганское управление временного содержания в связи с подозрением в организации покушения на Его Императорское Величество…»