Книга Покой нам только снится, страница 62 – Анастасия Рафаенко

— Чэ­нь, – обо­ра­чи­ва­юсь к бра­ту, – во­прос про­це­дур­ный. Кто име­ет пра­во воз­бу­дить де­ло о го­су­дар­ствен­ной из­мене?

— Три ин­стан­ции, – от­ве­ча­ет Чэ­нь, не за­гля­ды­вая в свит­ки, по­то­му что Ко­декс о го­су­дар­ствен­ных пре­ступ­ле­ни­ях вы­учен на­изусть еще в воз­расте, ко­гда дру­гие маль­чи­ки учи­лись за­пус­кать воз­душ­ных зме­ев. – Пер­вая: Тай­ная Ст­ра­жа, на ос­но­ва­нии со­бран­ных улик. Вто­рая: сто­лич­ный три­бу­нал, по пред­став­ле­нию цен­зо­ра­та. Тре­тья: лич­но Им­пе­ра­тор, на ос­но­ва­нии до­кла­да лю­бо­го из пер­вых двух ве­домств.

— А ес­ли дей­ство­вать че­рез пер­вые два, ми­нуя Им­пе­ра­то­ра?

— Ре­зуль­тат бу­дет юри­ди­че­ски без­упре­чен, но по­ли­ти­че­ски ни­что­жен, – Чэ­нь скла­ды­ва­ет ру­ки, и жест этот – ску­пой, точ­ный – обо­зна­ча­ет пе­ре­ход от юрис­пру­ден­ции к стра­те­гии. – Тай­ная Ст­ра­жа воз­буж­да­ет де­ло – Принц вос­при­мет это как за­го­вор дя­ди про­тив его неве­сты. Три­бу­нал воз­буж­да­ет де­ло – Принц об­ви­нит су­дей в про­даж­но­сти и по­тре­бу­ет от Им­пе­ра­то­ра разо­гнать три­бу­нал. В обо­их слу­ча­ях – внут­рен­ний кон­фликт, рас­кол, ха­ос. Су Ва­нь­эр пре­вра­тит­ся в му­че­ни­цу, го­ни­мую «злоб­ны­ми бю­ро­кра­та­ми», и Принц, дви­жи­мый все те­ми же «вы­со­ки­ми чув­ства­ми», бро­сит­ся на ее за­щи­ту, не раз­би­рая, ко­го топ­чет.

— Но ес­ли дей­ство­вать че­рез Им­пе­ра­то­ра… – на­чи­наю, и фра­за по­ви­са­ет в утрен­нем воз­ду­хе, недо­го­во­рен­ная, слов­но по­след­ний штрих на кал­ли­гра­фи­че­ском свит­ке, ко­то­рый ма­стер остав­ля­ет зри­те­лю до­мыс­лить.

— Ес­ли дей­ство­вать че­рез Им­пе­ра­то­ра, – под­хва­ты­ва­ет Ли Юань, от­де­ля­ясь от ко­лон­ны и де­лая два бес­шум­ных ша­га к сто­лу, – то раз­об­ла­че­ние при­хо­дит не от «вра­гов» Ва­нь­эр, а от от­ца Прин­ца. Лич­но. Из рук, ко­то­рые Ли Цзянь не мо­жет от­верг­нуть, не бро­сив вы­зов са­мо­му ин­сти­ту­ту им­пе­ра­тор­ской вла­сти. Им­пе­ра­тор по­ка­зы­ва­ет сы­ну ули­ки, сын ви­дит пре­да­тель­ство, и вся ро­ман­ти­че­ская кон­струк­ция – «чи­стая лю­бовь», «крот­кая лань», «хруп­кий ло­тос» – ру­шит­ся не сна­ру­жи, а из­нут­ри. Не мы раз­ру­ша­ем, а са­ма прав­да. Мы лишь под­но­сим фа­кел.

— Кра­си­во, – ро­ня­ет Чэ­нь, и из уст бра­та, счи­та­ю­ще­го эс­те­ти­че­ские оцен­ки бес­по­лез­ной тра­той линг­ви­сти­че­ских ре­сур­сов, это зву­чит как выс­шая по­хва­ла.

Воз­вра­ща­юсь к сто­лу, опус­ка­юсь на по­душ­ку и бе­ру в ру­ки об­го­рев­шее пись­мо Ва­нь­эр. Бу­ма­га хру­стит под паль­ца­ми, ис­то­чая сла­бый за­пах га­ри и той спе­ци­фи­че­ской го­ре­чи, ко­то­рой пах­нут все до­ку­мен­ты, про­шед­шие че­рез огонь, но уце­лев­шие – слов­но са­ма судь­ба ре­ши­ла, что этим стро­кам суж­де­но быть про­чи­тан­ны­ми.

«Источ­ник не ва­жен».

— За­да­ча фор­му­ли­ру­ет­ся сле­ду­ю­щим об­ра­зом, – про­из­но­шу, и го­лос при­об­ре­та­ет ту са­мую де­ло­ви­тую, ли­шен­ную эмо­ций то­наль­ность, ко­то­рой ма­туш­ка ве­дет пе­ре­го­во­ры о по­куп­ке же­ле­зо­руд­ных шахт. – Не­об­хо­ди­мо до­ста­вить ули­ки Им­пе­ра­то­ру та­ким спо­со­бом, ко­то­рый ис­клю­чит воз­мож­ность их ин­тер­пре­та­ции как ин­три­ги до­ма Чжао или Тай­ной Ст­ра­жи. Им­пе­ра­тор дол­жен ощу­тить се­бя не объ­ек­том ма­ни­пу­ля­ции, а субъ­ек­том рас­сле­до­ва­ния. Дол­жен по­ве­рить, что сам, сво­им про­ни­ца­тель­ным умом, рас­крыл за­го­вор. Дол­жен прий­ти к вы­во­ду, ко­то­рый мы для него под­го­то­ви­ли, но прий­ти по тро­пе, ко­то­рую счи­та­ет соб­ствен­ной.