Книга Герцог и гувернантка, страница 56 – Элоиза Джеймс

В этом возрасте многие молодые леди уже помолвлены; однако для материнства пятнадцать лет — еще очень рано.

— Отец Годфри, Арчибальд Юинг, был единственным сыном в семье, чье происхождение относится ко временам до нормандского завоевания, владеющей поместьями как в Шотландии, так и в Англии, — продолжала его тетушка. — Если бы не пьяный кучер, со временем Арчибальд стал бы лэрдом Фенниса. А знаешь, кто теперь должен стать следующим лэрдом? — И она одним глотком прикончила свой бокал.

Норт нахмурился.

— Нет, откуда мне знать?

— В Шотландии незаконнорожденность — не основание для лишения наследства, — объяснила его тетушка. — Наследник — старший по мужской линии, независимо от того, в законном ли браке он родился. Так что в один прекрасный день Годфри станет лэрдом.

На несколько секунд воцарилось молчание.

— Почему ты не сообщила о существовании Годфри его оставшимся родственникам? Они, должно быть, и понятия о нем не имеют!

— Решила этого не делать. И Диане тоже ничего не сказала.

— Но почему?

— Наследник, который не умеет говорить? Лучше ему быть незаконнорожденным отпрыском Уайльдов, чем лэрдом, который не в состоянии править своим кланом. Хотя, надеюсь, рано или поздно Годфри заговорит. Гораций тоже до трех лет этим себя не утруждал. Но однажды няня прибежала к нам с криком и сообщила: он сказал, что суп холодный, и велел отнести его обратно на кухню.

— Да уж, в этом весь Гораций!

— Он уже из чрева матери вышел маленьким герцогом. — Голос ее не прервался, не задрожал, но глаза блеснули от накатывающих слез.

— Я рад, что ты привезла Диану сюда, — сказал Норт, взяв тетушку за руку. — Дальше заботиться о ней буду я.

— Вряд ли она на это согласится. Она упряма и горда не меньше тебя — а это, поверь, что-то да значит.

Норт стиснул челюсти. Диана должна принять его помощь — и примет! Он не будет спокоен, пока не поселит ее в безопасном месте, в обществе слуг, которых выберет сам.

В дверях снова появился Призм, дав знать, что ужин готов.

— Твой отец выслал вперед конюха, а сам прибудет завтра, — проговорила тетушка, поднимаясь с дивана. — А сегодня я хочу послушать рассказ о твоей военной службе!

Это была не просьба, а приказ, так что Норт проглотил инстинктивное «нет».

Тетушка взяла его под руку.

— От того, что ты молчишь, лучше не станет, — решительно сказала она. — Завтра утром объедем поместье верхом, и я покажу тебе, что я здесь усовершенствовала. А послезавтра можно устроить охоту. Куропатки в последнее время так расплодились, что вспархивают прямо с дороги и пугают лошадей. Два-три дня хорошей стрельбы, и сможем раздать по куропатке каждому арендатору.

Норт проворчал что-то себе под нос. Тетушка хочет, чтобы он хорошо спал; но он уже убедился, что физическая нагрузка на кошмары не влияет. Пока что, мысленно добавил Норт с улыбкой, помогло ему только одно средство — поджаренный хлеб с медом.

— У тебя есть гравюры, на которых изображен я? — спросил он. — Я увидел одну, и теперь мне любопытно.

— Леонидас привез несколько штук домой на Рождество.

— Ну и?…

— Знаешь, все не так плохо, как могло бы быть. — Тетушка похлопала его по плечу и лукаво улыбнулась. — Конечно, тебя изображают настоящим дьяволом на высоких каблуках. Вообще цель всех этих картинок — разоблачать пороки знати и предупреждать невинных дев об опасности. Так что, уверяю тебя, любая юная девица в королевстве пламенно их коллекционирует и мечтает по ночам покорить твое жестокое сердце.