Книга Келин. Я вам не прислуга!, страница 26 – Мелисса Моррис

«Я ушла не к Аскару. Я ушла от тебя».

Отправляю и сразу жалею, что получилось так резко. Хочется дописать что-нибудь, чтобы смягчить. Но тогда придется снова рассказывать о том, что он уже слышал.

Кладу телефон на покрывало. Через минуту поднимаю: Данияр прочитал, ответа нет.

Я открываю страницу фотоцентра и нахожу публикацию. Несколько отметок, вопрос о часах работы. Обычная фотография, на которую я теперь не могу спокойно смотреть.

Телефон звонит, пока она открыта на экране.

— Мам?

— Мне Данияр прислал, — говорит она без приветствия. — Этот фотограф. Ты из-за него ушла?

— Нет. Это коллега…

— Не надо про работу, Салтанат. Ты мне скажи: как ты могла уйти к другому мужчине, пока еще замужем?

— Салтанат, выйди. Нам надо поговорить.

Данияр стоит перед стойкой, не снимая куртки. Я только что выдала заказ и еще держу в руке бланк.

— Я на работе.

— Я вижу. На пять минут можно выйти.

Женщина у витрины перестает рассматривать рамки. Я опускаю бланк, так и не отметив, что заказ выдан.

Вчера я так и не убедила маму. Объясняла, что живу одна и с Аскаром познакомилась после ухода. Она отвечала, что Данияр не стал бы просто так говорить подобные вещи. В конце я попросила прекратить и попрощалась. Заснула далеко за полночь.

А сегодня пришла раньше, как обещала Розе Сериковне. Приняла доставку, помогла убрать коробки с прохода. До прихода Данияра утро было обычным.

— Мы можем поговорить после смены, — говорю я.

— Чтобы ты опять написала, что передумала? Я приехал сейчас.

Он оглядывается на дверь в съемочную комнату. Там Аскар складывает стойку после утренней съемки. Клиент уже ушел.

Я знала, что у него сегодня съемка. Сама записывала клиента. Сейчас мне хочется, чтобы он оказался где-нибудь в другом месте.

— Вот и он, — говорит Данияр.

Аскар поднимает голову.

— Здравствуйте.

— Работаете?

— Да. А что?

Данияр поворачивается ко мне.

— Ты поэтому выйти не хочешь?

Я чувствую, как горячими становятся щеки. Можно выйти на улицу, чтобы никто не слышал. Потом сесть в его машину, потому что на улице неудобно стоять. Потом снова объяснять то, что я уже объяснила вчера.

— Я не пойду сейчас, — говорю я. — И здесь обсуждать это не буду.

— А где будешь? В сообщениях смелая стала, а сказать в лицо нечего?

Роза Сериковна выходит из кабинета.

— Что случилось?

Я открываю рот, но Данияр отвечает раньше.

— Я муж Салтанат. Нам нужно поговорить, она не хочет выйти.

— Салтанат сейчас работает. Семейные вопросы решайте в другое время.

— Я не собираюсь тут скандалить.

Он произносит это тише. Кажется, сейчас уйдет и мне останется только пережить взгляды коллег.

— Тогда не мешайте, пожалуйста, — говорит Роза Сериковна. — У нас посетители.

Женщина у витрины кладет рамку на место.

— Я потом зайду.

Она выходит. Данияр снова смотрит на меня.

— Вот до чего довела. Нормально поговорить уже нельзя.

Я слышу, как Аскар ставит сложенную стойку возле стены.

— Салтанат сказала, что сейчас не может, — произносит он.

Данияр усмехается.

— А тебя я спрашивал? Ты на юбилее у моего отца деньги получил и теперь еще жену мою утешаешь?

Я кладу бланк на стойку.

— Мы не встречаемся, Данияр. Ты вчера видел пять человек на фотографии. Почему рассказываешь всем только про нас двоих?

— Потому что остальные от мужей не уходили.