Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 176 – Виолета Рид

Это всe, что мне нужно было услышать.

Усталость в его глазах причиняла почти физическую боль, но моe сердце порхало от счастья.

Я инстинктивно шагнула к нему.

— Я тоже устала, Уилл, – прошептала я и схватила его за край толстовки.

И, не дав ему времени произнести ни слова, поднялась на цыпочки и прижалась губами к его губам.

Он на мгновение замер. А потом из его груди вырвался вздох облегчения, который согрел каждый сантиметр моего тела. Сердце подпрыгнуло куда-то к горлу, когда он ответил на поцелуй. Его руки обвились вокруг моей талии, притягивая ближе.

В тот самый миг, когда его язык скользнул в мой рот, я полностью забыла, что клялась никогда этого не делать. Красная ручка полетела прочь со скалы и еще не коснулась воды, как я уже целовала его без малейших сомнений. Я забыла, что Уилл – писатель, а я его редактор. Передо мной просто мужчина, который отчаянно хочет меня поцеловать, а я – женщина, которая так же отчаянно хочет этого. Всe, что мы делали, внезапно казалось не ошибкой, а чем-то правильным, естественным, необходимым.

Поцелуи Уилла дурманили и отдавали вишней из-за лакрицы, которой я угостила его чуть раньше.

Когда я снова опустилась на пятки, он наклонился вперед, не прерывая поцелуя. Выпустив его толстовку, я провела руками по его лицу. Пальцами погладила гладкую, влажную щеку, а затем спустилась ниже, к легкой щетине.

За пределами этого поцелуя было холодно.

Я это знала. Еще пару минут назад я дрожала. Но пока его дерзкий язык сплетался с моим, мне казалось, что на мне слишком много одежды. Его полные губы двигались уверенно, выпуская на волю желание, которое я сдерживала неделями.

У меня было несколько первых поцелуев, и я читала сотни подобных сцен в романах. Везде говорилось о бабочках в животе, о сбившемся дыхании и бешено колотящемся сердце. Но ничего из этого не подготовило меня к той сумасшедшей волне адреналина, будто я действительно прыгнула с обрыва за моей спиной. Хотя в каком-то смысле поцелуй с Уиллом и был прыжком в никуда, без страха, без оглядки.

В нашем поцелуе не было ни смущения, ни робости. Зато были нежность, страсть и мучительная жажда двух людей, которые хотели этого уже слишком давно. Я чувствовала всe сразу: радость, волнение, желание смеяться и кричать. У меня дрожали ноги, горела кожа, а сердце исполняло лихорадочный танец.

Я много раз представляла, каким будет наш первый поцелуй, и ни в одном из этих сценариев я не была растрепанной, промокшей до нитки и в перепачканных грязью кроссовках. Но в тот момент эти детали казались мне совершенно неважными, потому что кроме его поцелуев ничего больше не имело значения. Целуя его, я чувствовала себя свободной.

В какой-то момент я перестала слышать рокот водопада. Я слышала только наше дыхание.

Вода продолжала безжалостно хлестать нас обоих, а нам было совершенно всe равно. Так вот каково это – по-настоящему целовать кого-то? Похоже, да. Это когда все пять чувств сосредоточены на другом человеке, а мир вокруг исчезает.

Меня никогда не целовали с такой отчаянной жадностью. Его губы стирали весь негатив этого утра. Напряжение исчезло, но жажда и томление никуда не делись. Что-то внутри меня нарастало. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять: мне нужно извиниться.