Книга Как сделать бандита честным человеком, страница 89 – Ася Любич

В дверь стучат — коротко, по-свойски.

— Ты ещё здесь? — Коля просовывает голову внутрь.— Отбой, Вер. Десятый час.

— У меня отчёт.

— У тебя отчёт будет всегда. — Он прислоняется к косяку, скрещивает руки. — Пойдём выпьем. Есть место, недалеко, музыка нормальная, никто тебе в лицо не будет заглядывать и спрашивать про документы.

— Не сегодня, Коль. Правда.

Он пожимает плечами и уходит, не настаивая — это в нём я и ценю.

Минут пять сижу неподвижно, слушая, как в коридоре затихают его шаги. Потом смотрю на раскрытую папку, на строчки, которые снова не складываются в смысл, и вдруг с ужасающей ясностью понимаю: если я останусь здесь ещё на час, то просижу так всю ночь, перебирая в голове чужие тайны и свою собственную усталость, — и легче мне не станет.

Хватаю шубку.

Догоняю Колю уже у лифта.

— Передумала, — говорю, застёгивая на ходу пуговицы. — Только недолго.

— Конечно, — он ухмыляется, будто знал, что так и будет, и придерживает для меня дверь. — Тебе нужно выдохнуть.

Уже в такси, глядя на то, как проносятся мимо знакомые до тошноты кварталы — офис, банк, ресторан, где вечно ужинает Слава со своими, — я чувствую, как что-то в груди понемногу отпускает.

Мы едем не в ту сторону. Не к Советской, не к тем местам, где меня знают в лицо швейцары и охрана, где любой случайный взгляд долетит до Вольского быстрее, чем я успею снять одежду.

— Куда мы вообще? — спрашиваю.

— Клуб на окраине, — отвечает Коля. — Простой, шумный, без пафоса. Туда Слава твой ни ногой — не тот уровень.

Я невольно улыбаюсь — впервые за день. В этом обещании есть что-то освобождающее: город на сегодня перестаёт быть картой чужих интересов, где каждая улица помечена чьим-то именем.

— Хоть один вечер, — повторяю я скорее для себя, — без Славы.

Такси сворачивает в переулок, где музыка уже слышна сквозь закрытые окна — резкая, живая, ничем не похожая на выверенную тишину привычных мне заведений.

Внутри пахнет дымом, дешёвым парфюмом и разлитым пивом — совсем не тот букет, к которому я привыкла в местах, где ужинает Слава.

Гардеробщица без лишних вопросов забирает мою шубку, и я вдруг остаюсь в одной юбке с блузкой под этим грохочущим светом, чувствуя себя странно голой.

Здесь я не коммерческий директор. Здесь я вообще никто, и от этого почему-то хочется смеяться.

— Погоди, — Коля хватает меня за локоть, тащит к бару. — Сначала выпить, потом уже.

Первая стопка обжигает горло резче, чем я ожидала. Вторая идёт легче. К третьей музыка перестаёт быть просто шумом — она забирается под кожу, и я ловлю себя на том, что покачиваюсь в такт, ещё не решаясь выйти на танцпол.

— Ты сегодня другая, — Коля улыбается, кивает в сторону танцпола. Свою куртку он давно скинул в гардероб и остался в полосатой рубашке, которая на нём смотрится нелепо-праздничной, будто он специально готовился к этому вечеру. — Пойдём, хватит подпирать барную стойку.

— Я не танцую, Коль. Ты же знаешь.

— Знаю. Поэтому и зову — раз в жизни можно.

Я смотрю на его протянутую руку, смотрю на танцпол, где чужие тела двигаются свободно, без правил, без должностей и фамилий, и впервые за много месяцев позволяю себе просто согласиться, не взвешивая последствия.

— Ладно. Только один танец.

— Посмотрим, — усмехается он и тянет меня за собой в самую гущу зала, где группа «Краски» второй раз за вечер срывается на надрывный куплет про любовь к бандиту. Я смеюсь, запрокинув голову, кручусь под его рукой, и уже не дума.