Книга Елочная ферма «Аромат зимы», страница 30 – Лори Гилмор

Девушки омрачились.

— Что? – поинтересовался Беннет. – Разочарованы отсутствием трупов?

— Может, немножко, – ответила Джинни.

— Еще как! – тут же выпалила Энни.

Логан просто покачал головой.

— Планируешь снова прийти на ферму? – спросила Джинни.

Беннет невольно оглядел толпу, нет ли знакомой оливковой куртки?

Ему следовало твердо отказать. Как он исцелится от чрезмерной доброты, если будет проводить все время на ферме, чинить батареи, искать несуществующие тела? Пора поставить себя на первое место. Сказать сестре и всем жителям городка, что с него хватит игр в сыщика. Но… как быть, если он сам хочет чаще заглядывать на ферму, чтобы проводить больше времени с Кирой?

— Ну… мне по-прежнему нужна елка.

Он притворился, что не заметил улыбки сестры и восторженного писка Энни. А затем ушел к сцене перед городской елью – посмотреть на ту, которая стала бы для него прекрасным рождественским подарком.

— Десять, девять, восемь…

Кира неловко стояла на сцене рядом с мэром, пока толпа отсчитывала секунды до зажигания гирлянд. Девушка ненавидела выступать перед людьми. Более того, она изо всех сил старалась подавить кошмарные воспоминания о том, как в раннем детстве ее заставляли участвовать в конкурсах красоты, пока мама не сдалась и не перестала водить ее на них. Судя по всему, тем, кто во время выступления от страха прудил в колготки, титул «Мисс Персиковая Джорджия»^[1] не присваивали. При этом, если Кира правильно помнила, в том же году Хлоя выиграла конкурс «Мисс Конгениальность». Ну конечно, а как иначе!

— Семь, шесть, пять…

Кира осмотрела толпу и постаралась хоть немного пробудить в душе рождественское настроение. Напрасно! Она видела лишь чрезмерно энергичных от леденцов и предпраздничного предвкушения детей и уставших родителей, которые пытались хоть как-то их приструнить. Сущий кошмар. Неудивительно, что родители Киры каждый год поручали все рождественские хлопоты профессионалам: декораторам, организаторам, няням. Они устраивали вечеринки и приглашали на них толпы друзей. А Кира с Хлоей всегда находили, как повеселиться в праздники. Они набирали горы печенья, а повзрослев – литры алкоголя, после чего прятались от мерзких гостей у себя в комнате и угощались на здоровье.

И как теперь ей отмечать Рождество без сестры?

— Четыре! Три! Два! Один! Елочка, гори! – прокричал мэр и нажал на кнопку.

Дерево позади них засияло тысячами цветных фонариков. Толпа радостно закричала. Школьный музыкальный коллектив с энтузиазмом, пусть и без особого умения, разразился песней It’s Beginning to Look a Lot Like Christmas.

Кира попыталась скрыть гримасу за улыбкой, но получилось не очень. Конечно, ведь ей было плохо! Она и так не жаловала рождественские колядки, а в исполнении криворуких подростков они звучали совсем невыносимо.

Кира окинула взглядом толпу, остановилась на знакомом безупречном лице. Беннет улыбнулся ей – и как же ей хотелось снова чувствовать к нему только презрение! Почему он не оказался наглым выскочкой, как она предположила сначала? Жизнь была бы намного легче! А теперь Кира осознала: от улыбки Беннета ей становится лучше. Такая мелочь – а грусть и одиночество вдруг отступили. И может, Кира бы даже поддалась своим чувствам к Беннету, если бы не то, что через месяц он уедет. Еще одной разлуки она не вынесет. Она и так была сломлена из-за отъезда сестры.