Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 152 – Anna

Это я довёл её до этого.

Не мать.

Не прошлое.

Я.

Нужно было сказать раньше. Дать ей выбор. Не стоило притворяться защитником, когда всё, чего она хотела, — честность.

Телефон завибрировал, вселив в меня надежду — но она мгновенно угасла, когда я посмотрела на экран.

Синклер.

— Спешу тебя обрадовать: моё первое совещание с инвесторами прошло успешно. А ты ещё сомневался, доверять ли мне такое «плёвое» дело, — с ходу затараторил он.

— Мать твою, заткнись!

На мгновение повисла пауза.

— Что произошло?

Я коротко выдохнул:

— Я облажался. Анастейша узнала про историю с Зои. Она ушла. И я, блядь, не знаю, где её искать.

Он не стал задавать лишних вопросов.

— Где ты?

— На Бродвее. Еду к парку.

— Подключаюсь. Скидывай локацию.

Сбросив вызов, прибавил скорость, не теряя ни секунды.

—— ✤ ——

Центральный парк встретил меня холодом и чёртовой иллюзией спокойствия. Люди гуляли, кто-то смеялся, пара подростков гонялись друг за другом в догонялки.

Мир не рушится, когда рушишься ты.

Я шёл быстро, почти бегом, оглядывая каждую скамейку.

Её здесь не было.

Звонок.

Снова.

И снова.

Результата — ноль.

— Чёрт возьми, Анастейша…

Я остановился, упёрся руками в перила, сжал их так, что побелели костяшки.

—— ✤ ——

Синклер подъехал через двадцать минут.

— Телефон включён? — коротко спросил он.

— Да. Но не отвечает.

— Значит, не хочет. Это лучше, чем если бы был выключен.

Как всегда. Капитан, мать его, очевидность.

— Я проеду вдоль набережной, — сказал он. — Ты — в сторону Пятой. И держи связь.

Я кивнул.

Мы разошлись в разные стороны.

Я обходил квартал за кварталом. Заглядывал в кофейни, в переулки, в круглосуточные магазины. Несколько раз показалось — вот она. Тот же силуэт. Та же походка.

И каждый раз — не Анастейша.

Нью-Йорк огромен. И впервые за долгое время я почувствовал, насколько.

В голове снова и снова прокручивал её взгляд. Не злой. Хуже — до боли разочарованный.

Я знаю.

Я виноват.

Но это не значит, что я позволю ей исчезнуть.

Я набрал снова.

Гудки.

— Возьми трубку, пожалуйста… — голос сорвался, и я тут же стиснул зубы. — Просто возьми.

Телефон в руке казался тяжёлым, как оружие, которое стреляет только в тебя.

Через час я уже не чувствовал холода. Только напряжение. Город стал лабиринтом, и я был готов прочесать его весь.

Я набрал Синклера.

— Есть что-нибудь?

— Пока нет. Но я проверяю камеры у перекрёстков рядом с больницей

— Я её найду, — произнёс больше для себя.

— Знаю, — спокойно ответил он. — Только когда найдёшь, не делай глупостей.

Я безрадостно усмехнулся.

— Глупость я уже сделал.

И отключился.

Она может злиться. Может ненавидеть. Может не хотеть меня видеть.

Но я скорее сдохну, чем позволю ей справляться с этим в одиночку.

Я снова сел в машину и медленно поехал вдоль улицы, всматриваясь в каждую фигуру впереди.

Если придётся — переверну весь этот чёртов город.

Я её найду.

Анастейша

Когда-то я уже умела собирать себя по кускам.

Не потому что была сильной — просто рядом не было никого, кто сделал бы это за меня.

В детстве это называлось «перетерпеть».

Стиснуть зубы. Закрыться. Дышать ровно. Не плакать там, где могут услышать.

Я научилась успокаивать себя сама — глотать слёзы, считать вдохи, смотреть в одну точку, пока внутри не становилось легче.

Сегодня этот навык снова оказался кстати.