Онлайн книга «Космические мусорщики»
|
— А тебе вообще близки идеи Шии? – спросил Игорь. – По существу? Скажем так… если бы у тебя была возможность разрушить ГЛАЗ, ты бы это сделала? Нина пожала плечами: — Знаешь, я в некотором смысле простой человек. Я люблю вещи. Они понятны. Мне тяжело смоделировать ситуацию, что я принимаю решение о разрушении ГЛАЗ. Это абстракция. И тяжелый выбор. Наверняка я совершала бы его под влиянием не только представлений о «пользе» и «вреде», но и личных обстоятельств, чувств... По мере того, как Нина говорила, лицо Игоря менялось, глаза округлялись… — Я понимаю, почему Шия хотела это сделать, – продолжила Нина. – Понимаю, наверное, почему ты бы хотел. ГЛАЗ видит всё, но знает лион всё? Помнишь, что Бэлла говорила своему андроиду? «Ты знаешь многое, но на самом деле – ничего». Короче, только тот, кто окажется перед этим выбором, способен оценить всю его сложность… Когда Нина договорила, Игорь был совсем бледен, чего его собеседница не заметила. Парень коротко кивнул, поблагодарил за ответ и бросился прочь из центрального модуля. Кое-что прояснилось. Ладони Игоря вспотели – ему не терпелось проверить свою догадку. В каюте он включил микропроектор и еще раз очень внимательно вслушался в слова матери: — Последнее слово пусть останется за тем, кто по-настоящему способен сделать выбор. А это … Конечно! После слова «это» была сделана пауза. Мать понизила голос. Дальше началась стрельба – Бэлла поразила лазером сначала Олега, потом Шию. Планшет выпал из рук террористки на пол. В результате все постановили, что мать Игоря была прервана на полуслове. На самом деле, она закончила. Договорила. В декларации больше ничего не было! Игорь нашёл в чемодане планшет Шии, разблокировал его и запустил программу для связи со спутником. Одновременно он включил запись декларации. Когда запись дошла до последних слов, программа на планшете выдала уведомление: ОБНАРУЖЕНА АВТОРИЗОВАННАЯ ГОЛОСОВАЯ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ. ПРОВЕРКА ЦЕЛОСТНОСТИ… Игорь словно кипятком обдало – по экрану побежали длинные строки кода. Затем появились три мерцающие точки. Точки то появлялись, то исчезали, словно в ожидании каких-то действий, и несколько секунд Игорь изумленно смотрел на них, не понимая, что от него требуется. «Последнее слово пусть останется за тем, кто по-настоящему способен сделать выбор», – вспомнил он. Система, очевидно, ждала последнего слова! После разговора с Ниной Игорь по-новому воспринял фразу матери о выборе. Последнее слово должно быть не за программой, системой или искусственным интеллектом – а за тем, кто сидит перед планшетом и понимает тяжесть этого выбора. За человеком. Принято считать, что эмоции, чувства, сомнения и прочие не всегда рациональные факторы могут подтолкнуть к неверному выбору. Но что если именно они и делают выбор по-настоящему человеческим? Мать создала ГЛАЗ, но не смогла научить эту систему быть человечной. Поэтому она закрепила последнее слово в судьбе своего детища за тем, кого учить не надо. Слово уже было готово сорваться с языка Игоря, но вдруг он засомневался. Мать ведь собиралась пожертвовать созданной ею системой ГЛАЗ – ради него! Неужели он, избежав смерти, теперь собственноручно убьет ГЛАЗ? Неужели он… предаст свою мать – пусть и холодную, но любящую? |