Книга Космические мусорщики, страница 85 – A. Чемерис

Если так, то какую же тогда «вселенную без преступности и зла» она создавала «тысячу пятнадцать ночей»? Ответ был очевиден: ГЛАЗ.

Итак, в декларации речь шла о двух «детях», детищах: Игоре и ГЛАЗ.

Мать отдавала себе отчет в том, что не властна над ними, что они могут в любой момент умереть («жизнь и смерть сильнее меня»), измениться до неузнаваемости или превратиться в монстров.

— Последнее слово пусть останется за тем, кто по-настоящему способен сделать выбор.

Проговорив вслух последнюю законченную матерью фразу, Игорь горько усмехнулся.

Наверняка именно система ГЛАЗ, с точки зрения ее создательницы, была в состоянии выбирать.

Словно божество, Глобальная Логико-Аналитическая Защита следила за всем и каждым. Анализировала огромные массивы данных и делала из них выводы; писала законы; искала преступников; подсчитывала вероятность еще не совершенных преступлений; совершала выбор за человека.

Мать не успела сказать слово «ГЛАЗ» и тем самым, парадоксально, уберегла ГЛАЗ от разрушения.

— Неужели так просто?.. – уныло протянул Игорь.

В глубине души он был даже слегка разочарован.

«С помощью искусственного интеллекта нужно скопировать голос матери, чтобы воспроизвести декларацию целиком», – постановил Игорь и выключил проектор.

Парню вдруг нестерпимо потянуло к Нине – почему-то, после неприятной разгадки, ему хотелось поговорить именно с ней.

Длительные интеракции с тем, что производили его родители, неизменно погружали его в смертельную тоску. Даже фраза матери «оба в моем сердце» казалась приторной, безжизненной и… лживой. Да, оба в сердце, но выбор-то предоставлен любимчику ГЛАЗ, не так ли?

Игорь скоро обнаружил Нину в центральном модуле, парящей в невесомости. Ее внимание было приковано к дневной Земле, которая в кои-то веки не была скрыта ватой циклонов. В мусорных облаках, дрейфующих в космосе, тоже будто бы образовалась дыра.

Ничто не мешало созерцать красоту голубой планеты, рассматривать материки и океаны.

Уже без страха, легко маневрируя в воздухе, Игорь подплыл к Нине. Она встретила его неожиданно теплым взглядом, который слегка согрел его после размышлений о ГЛАЗ.

— Когда я была маленькой, мне часто снилась Земля именно с такого расстояния, – сообщила Нина. – Я очень любила эти сны. Именно тогда, наверное, мне и захотелось заниматься тем, чем я сейчас занимаюсь…

— Тебе удалось очистить орбиту от мусора, вот уж точно, – заметил Игорь.

— Мы выполнили лишь половину плана, – пожала плечами Нина.

— Я имею в виду не только в буквальном смысле.

— А.

Игорь помолчал некоторое время, потом вспомнил наставление Бэллы, собрался с духом и спросил:

— Ты ведь правда всё вспомнила? В шлюзе «Седьмого неба» мы договорились о свидании…

— Да, вспомнила, – серьезно ответила Нина. – И рада, что теперь мы имеем все шансы до этого свидания дожить.

— Я тоже рад, – нервно усмехнулся Игорь.

Нина вдруг посмотрела на него по-особенному – ей явно хотелось сказать гораздо больше, чем она была в состоянии, – и тихо произнесла:

— Спасибо, что не бросил меня в космосе.

Однако Игорь понял и то, чего она не сказала. Он ответил ей таким же долгим взглядом.

— Даже не думай, что брошу тебя где бы то ни было.

Оба одновременно уставились в окно на Землю, избегая продолжения темы.