Книга Шпионский крючок, страница 120 – Лен Дейтон

— Они играют чардаш? — возбужденно, что выявляло новую для меня черточку ее характера, спросила Глория.

— Конечно, дорогая Жу, — сказал Дронт.

— Какая ты умница. — Глория окончательно забыла все свои огорчения из-за одежды и прически. Она клюнула его в щеку и что-то сказала по-венгерски. Он засмеялся. Я почувствовал себя лишним.

— Вы прибыли из Будапешта? — спросил я, желая как-то поддержать разговор, а не потому, что меня это в самом деле интересовало.

— Все венгры из Будапешта, — ответил он.

— Да, мы обожаем Будапешт, — подтвердила Глория, глядя на Дронта. — Ты прав: все венгры чувствуют себя в Будапеште как дома.

— Даже наши цыгане, — сказал Дронт, прислушиваясь к медленным тягучим переборам цыганских гитар, ритм которых захватил Глорию, и она стала раскачиваться в такт музыке.

— Жу уже гадала вам? — спросил он меня.

— Нет.

— На картах таро?

— Нет, Дронт, — сказала Глория. — Порой лучше не знать того, что могут сказать карты. — Тема была закрыта.

— Вы ели? — спросил он.

Узнав, что мы еще не успели перекусить, он тут же отвел нас на кухню, где трудились в поте лица два повара, выставляя на стол блюда экзотического вида. Глория и Дронт наперебой сообщали мне их названия, порой начиная спорить о рецептах. Я попробовал все, что передо мной было. Ломти телятины в сметанном соусе, тушеная говядина, шпигованная чесноком и с подливкой из красного перца. Тут же были обвалянные в сухарной крошке куски жареных цыплят, паровая свинина под хреном и речная рыба, приготовленная с чесноком и имбирем. Да, это совсем не было похоже на то, что мне доводилось пробовать в современной Венгрии, где повара ухитряются любое мясо делать совершенно безвкусным, сопровождая его предписанным правительством стограммовым черпаком гарнира.

— Значит, вам нравится наша кухня, а? — обратился ко мне Дронт. Единственный стоящий венгерский обед, который мне довелось отведать, был подан в большом сельском доме недалеко от озера Балатон. Продукты контрабандой доставляли из Мюнхена. Моим хозяином был делец черного рынка, который в качестве почетного гостя пригласил полковника секретной службы. Но когда Дронт стал распространяться о том, что в наши дни венгры питаются чертовски хорошо и Будапешт быстро становится Меккой для гурманов, мне оставалось лишь кивать, улыбаться и, не отрываясь от тарелки, подтверждать, что да, так все и есть.

Перекусив, мы отправились на поиски местечка, где можно было бы спокойно посидеть. Помещения внизу опустели, так как звуки цыганского оркестра увлекли многих гостей наверх. В углу одной из комнат размещался огромный стол, заваленный плакатами и брошюрами, рекламировавшими новую книгу под названием «Волшебный мир венгерской кухни». И тут я понял, что хитрый Дронт просто притащил нас незваными гостями на обыкновенную презентацию. Увидев, что я рассматриваю выкладку, он ухмыльнулся, не предлагая никакого объяснения. Что и было для него характерно.

Официант в белом смокинге и с витыми золотыми аксельбантами подошел к нам, предлагая кофе и маленькие тарталетки. Дронт отказался, не желая прерывать свой рассказ о юности в Вене.

— У моей квартирной хозяйки — о, только в Вене могут быть такие корыстолюбивые хозяйки! — в кухне висели офорты углем. Она вырвала их из рук какого-то бедняги в виде залога за пустяковый долг. Старая корова! Она просто поверить не могла в свое счастье, но говорила, что предпочла бы цветные картинки. А офорты были работы Шиле, и любой человек с более или менее развитым вкусом предпочел бы видеть перед собой эти тонкие изящные офорты с изображением молодой женщины, должно быть, жены Шиле Эдит. Что, конечно, лишь увеличивало ценность работы. — Я пытался не слушать его. В комнату заглянул другой официант. Дронт торопливо отставил стакан с недопитым виски и махнул ему рукой, давая понять, что хочет еще, но даже не поинтересовался, обратил ли официант на него внимание. — Те еще были денечки! — пыхтя и багровея, сказал Дронт. Он сел. Таки осталось неясным, имел дядя в виду времена Шиле или свои собственные. Я не стал уточнять. Дронт болтал практически без остановки, и у меня уже начиналась головная боль.