Книга Шпионский крючок, страница 115 – Лен Дейтон

Гнев, который вызвали у Фрэнка воспоминания о Зене, сошел на нет.

— Глупая маленькая корова, — с чувством сказал он. — Как насчет пудинга, Бернард? Насколько мне помнится, тут его обсыпают великолепной яблочной крошкой. — Фрэнк улыбался.

— Нет, спасибо. Только кофе.

— Вернер явился в Лондон. В пятницу направился прямиком в офис и перевернул там все вверх дном, — сказал Фрэнк. — Я, конечно, был в Берлине. К тому времени, когда до меня наконец дозвонился заместитель, я уже знал — Зена, здоровая и невредимая, сидит у себя дома, о чем имел полное право ему доложить. Все в полном порядке. А я всего лишь вышел понюхать розы.

— Меня в Лондоне не было, — напомнил я ему. — Я уезжал в Калифорнию.

— Я бы предложил тебе особый деликатес, который они отменно тут готовят, «ангел на лошади». Ты уверен, что больше ничего не хочешь? — Когда я отрицательно покачал головой, он подозвал официанта и сделал заказ только для себя. — Должен сказать, сэр Перси чертовски хорошо справился со своей задачей, — сказал Фрэнк.

Но я не собирался давать ему возможность пускаться в рассуждения о способностях заместителя или отсутствии оных.

— Вы знаете, что я видел Брета в Калифорнии?

— Брет? — Он уставился на меня. — Да, старик как-то упомянул об этом… пару дней назад.

— Вы удивились?

— Я почувствовал себя в жутко дурацком положении, — сказал Фрэнк. — Ведь в свое время именно старик дал мне понять, что Брет мертв, и даже не сделал попытки намекнуть на правду.

— Почему?

— Бог его знает. Временами он впадает в детство. Теперь-то он просто засмеялся и сказал, что Брет заслужил покой. А ведь когда-то сам же сообщил, что Брет погиб. Мы сидели за скромным ужином у «Кемпи», там были и другие люди, со стороны. Я не мог углубляться в эту тему. А может, и следовало бы.

— Но почему он тогда сказал вам, что Брет мертв? К чему все это было?

— Ты же видел его, а я нет. Что тебе рассказывал сам Брет?

— Я не спрашивал, как он воскрес из мертвых, — сухо ответил я.

Фрэнк предпочел увидеть в моих словах безобидную отговорку.

— Брет был на пороге смерти. Какая разница? Может, в целях безопасности и следовало представить его мертвым.

— Но вам неизвестны никакие особые причины такого решения?

— Нет, Бернард, неизвестны. — Он отпил еще вина и с большим тщанием, чем прежде, принялся изучать его цвет в бокале.

— Гарри зажал меня в угол и запудрил мозги, — сказал я. Фрэнк приподнял брови. — Он был полон желания сообщить мне, что любые действия Брета вызывают одобрение Вашингтона.

— Ну, уж ему это должно быть известно. Он всегда умеет устраиваться в тепленьком местечке, — сказал Фрэнк. — Исполняет роль мальчика на посылках, но его начальное жалованье больше, чем королевская рента.

— Точно, как моя работа, — хмыкнул я, — если не считать жалованья.

— Чего ради Гарри насел на тебя?

— Он считает, что я задаю слишком много вопросов.

— Он тебя с кем-то спутал. Вот уж чего за тобой не числилось, — со своим специфическим юморком выдал Фрэнк. — Вопросы относились к Брету?

— И к Фионе. Какой-то провал с финансами. Речь шла о куче денег. У Приттимена было право подписи… и он выступал в роли посредника по отношению к Центральному фонду.

— Ты, надеюсь, не развивал тему об убийстве Приттимена, не так ли? Мне довелось видеть типов из отделов по расследованию убийств в Вашингтоне — жуткое зрелище, и я знаю, заместитель договорился с ФБР, что они специально займутся убийством Джима. Пока в ФБР придерживаются идеи о рядовом случайном убийстве. Жалко, но для дальнейшего расследования ничего больше нет.