Книга Кока. Огненный демон, страница 27 – Елена Черткова

Существо двинулось к Леонор и провело шелковой перчаткой по ее раскладу. Карта, которую она поменяла, потеряла изображение. Совсем.

Остальные игроки не пострадали. Вероятно, Базиль просто не успел до их карт добраться.

Я покосилась на Хэйме. Он стоял за спиной Леонор и хмурился. И, кажется, я поняла, почему: первый ход был ее, а значит, выдайся случай – и она первая будет решать, какую из ставок забрать. Потом кока поднял на меня глаза, улыбнулся, тепло и игриво, и аккуратно показал пальцем примерно туда, где у меня еще недавно лежали домашние карты.

— А можно мне теперь играть своими?! – спохватившись, выкрикнула я.

Крупье, который как раз мешал колоду перед пересдачей, остановился и повернулся в мою сторону. Я поспешно достала из рюкзака свою колоду и протянула полупрозрачному существу. Оно приняло карты и одним взмахом разложило на столе.

— Думаю, их тоже стоит проверить, – промолвил Базиль.

Публика замерла. Всеобщее любопытство я ощущала даже спиной. Крупье трижды провел руками над колодой, но ничего не произошло.

Еще один ловкий взмах – и мои карты перемешались с остальными.

Как игроки представляли себе игру двумя колодами вместо одной, я понятия не имела. Но уголки губ Хэйме были приподняты вверх, а значит, все шло по плану. По крайней мере, по его плану.

Я взглянула в свои карты. Удивительно, но все три были из моей колоды. Дама, девятка и семерка. И вдруг, готова поклясться, нарисованная дама подмигнула!

Вероятно, мое лицо выразило искреннее изумление, так как Базиль негромко поинтересовался:

— Хороший расклад, юная леди?

— Сойдет! – бросила я и положила карты на стол, пока кто-нибудь еще не заметил происходящее у меня в руках.

Крупье выложил на обмен расклад, и он тоже состоял целиком из моих карт. Не то вся колода приняла их облик, не то я видела их такими. Как бы то ни было, мне стало куда легче ориентироваться, а других участников, похоже, изменения никак не смутили.

Пущенный золотой волчок на этот раз меня не пощадил – в очереди на обмен я оказалась последняя. Лучшее, что осталось, – обменять семерку на восьмерку. В итоге получилось двадцать семь очков.

Ходивший первым игрок перевернул карты. Двадцать восемь очков. Я приуныла.

Сидящая возле него женщина нервно швырнула свой набор на стол – двадцать семь, как и у меня.

Леонор довольно улыбнулась и выложила тридцать одно.

Базиль собрал тридцать.

Размышляя о том, как будет решаться наша спорная ситуация, я бросила последний взгляд на свои карты – и заметила, как стремительно сползаются изображения мастей в центр восьмерки. Я изумленно моргнула и выложила на стол явно довольную происходящим даму, девятку и… туза! В которого так удачно успела перевоплотиться моя восьмерка. Тридцать очков!

И вот с тихими проклятиями из первого круга вышла владелица загадочного пергамента. То есть бывшая владелица.

Как я поняла, игр – кругов – в партии было три. Если какие-то из них оказывались спорными, то назначались дополнительные. С каждого круга один игрок уходил с пустыми руками. После третьей игры двое оставшихся разбирали ставки: тот, у кого больше очков по итогу партии, выбирал три ставки из пяти на свое усмотрение. Второй забирал прочее.

На второй раз мне сдали карты похуже – две семерки и девятку. Но я не спешила отчаиваться. И не зря: когда подошла моя очередь менять карты, сердечко с червонной семерки перепрыгнуло на девятку, сделав ее десяткой. Полученную таким образом шестерку я поменяла на вальта, который не замедлил галантно поклониться. Снова двадцать семь.