Книга Двойник Запада, страница 144 – Лия Арден

— Как ты стал учеником храма, Алид? – спросила я, пытаясь отвлечь нас всех хоть ненадолго от тревожных мыслей.

Кто знает, сколько времени нам ещё придётся провести вместе. Может, мы до самой смерти никого больше не встретим. Также нет никакой гарантии, что Эйден не решит убить нас всех в ближайшем будущем.

— Это не моё имя, – пробормотал хранитель и съел ещё одну ложку.

— Не твоё? – удивилась я. – Тогда как тебя зовут?

— Калид.

Я с недоумением наклонила голову, не зная, как реагировать. Он произнёс своё имя так, будто оно должно было мне всё объяснить, но я не поняла.

— Всего одна буква, но почему-то никто не пытается провести даже малейшую параллель, – кисло усмехнулся хранитель. – Уверен, что всё из-за волос. Никто не думает о сходстве.

— Принц Калид, – с трепетом воскликнула Наён и тут же закрыла рот рукой.

Шокированно округлившимися глазами она смотрела на хранителя, держа миску одной рукой, отчего та накренилась, и каша чуть не вылилась на пол. Наён вовремя заметила это и сохранила остатки своей еды.

— Верно, – с усталым вздохом улыбнулся Калид.

В любой другой ситуации я была бы поражена присутствию младшего сына императора, но за последний месяц я слышала и видела слишком много невозможного, поэтому уже лишилась способности удивляться.

— Ваше высочество, но как…

— Прошу не надо, – прервал Наён хранитель. – Обойдёмся без этих почестей. К тому же я не живу при дворе с десяти лет.

— Тогда как вы… то есть ты стал учеником храма Юга?

Как только Калид открыл рот, я впихнула ему новую порцию каши. Улыбнулась, получив от хранителя недовольный взгляд, хотя еду он покорно проглотил.

— Не каждый день удаётся покормить с ложки беспомощного принца, – шутя объяснила я, пытаясь немного разрядить обстановку.

Калид издал скупой смешок, оценив комичность ситуации.

— Я бастард, – объяснил Калид. – Наполовину эвирец, поэтому при дворе меня долгое время скрывали. Эиль не солгал. Я и правда серьёзно переболел в одиннадцать лет, и мои волосы приобрели этот странный, близкий к белому цвет, но и до этого они были светлые. Почти как у Эйдена. В детстве мне постоянно красили волосы в чёрный, пытаясь скрыть заметное отличие. Тогда императрица ещё была жива. Она ненавидела меня, прикидывая, как бы избавиться.

Калид сам потянулся за очередной ложкой, хотя я даже не набрала кашу. Его движение вызвало у меня новую улыбку, а принц, осознав оплошность, покраснел и бросил на меня взгляд исподлобья.

Запоздало я вспомнила, что покрасневшие щёки могут быть симптомами температуры, и приложила ладонь к его лбу. Калид залился большим румянцем, а я отдёрнула руку, не желая создавать ему неудобств.

— Прости, проверила температуру.

— Она немного выше нормы, но у меня нет лихорадки, я бы почувствовал, потому что неплохо разбираюсь в медицине, – напомнил он мне. – Всё-таки меня учили этому в храме Юга.

— Где твоя мама? – спросила я, уходя от неловкого разговора.

— Моя мама была дочерью одного из высокопоставленных послов Эвира в Кхорине. Она приглянулась императору, несмотря на то, что у него уже были жена и сын Актан. Не знаю, о чем думал отец, но он никак не хотел отпускать посла, а точнее, расставаться с его дочерью. Каким-то образом он умудрился влюбить мою мать в себя и разделить с ней ложе. Он обещал жениться на ней…