Книга Двойник Запада, страница 141 – Лия Арден

— Но Алид ничего не чувствовал, хотя хранитель Запада говорил, что присутствие души дракона в себе нельзя не заметить.

— Каждый дракон ощущается по-разному, зависит от него самого, – терпеливо объяснил Дракон Юга. – Моё присутствие заметно слабо, потому что за столетия я устал от человеческой жизни. Я переселяюсь из одного хранителя в другого, но большую часть их жизни сплю.

— Я же говорил, что он ленивый, – не преминул влезть Эйден, но мы его проигнорировали.

— Момент, когда мы проникаем в новое тело, ощущает каждый хранитель. Но в то время этот юноша не просто спал, он был без сознания, поэтому ничего и не почувствовал.

Мне ничего не оставалось, кроме как растерянно кивнуть. Пальцами я коснулась редкой травы и мха под ногами. Бросила мимолётный взгляд на Наён, та сидела у решётки и внимательно прислушивалась к разговору.

— Что тебе нужно, Имуги? Для чего ты меня разбудил? – сухо спросил Алид, стирая остатки пота с лица.

Выглядел он немного получше, к побледневшим губам вернулся слабый розовый оттенок. Эйден поморщился, услышав ненавистное имя.

— Хотел доказать Наён, что я не врал. И показать тебе, где ты очутился за содеянное, – голос Пятого Дракона понизился, гнев снова брал над ним верх.

В глазах Алида мелькнуло понимание, он вопросительно приподнял бровь.

— Не представляю, как тебе удалось вселиться в тело человека, – с пренебрежением отмахнулся хранитель, – но если эта твоя месть за заключение в пещерах, то мог меня и не звать. Даже не вздумай более калечить это тело и корми нормально, я чувствую голод, а в остальном мне всё равно. Хочешь продержать меня здесь всю жизнь этого тела – вперёд.

— Видишь, Наён. Это ваши благородные драконы во всей красе. Ему плевать, сидит его хранитель в клетке или нет, разрушен храм Юга или нет. Его заботит только удобство, и ему даже лень искать другое тело, – сквозь зубы едко подытожил Пятый Дракон.

Я не обратила внимания на его слова, хотя реакция Южного Дракона на нашу ситуацию меня шокировала. Я закончила заматывать ногу Алида как раз вовремя. Эйден потерял самообладание и бросился к брату, откинув меня в сторону. Он схватил Алида за горло и поднял с той же лёгкостью, что и меня ранее. Я с ужасом смотрела, как пальцами он сдавил горло хранителя, и тот поморщился. Его глаза засверкали ярче, а из стены вырвался корень, который устремился к Эйдену, намереваясь пронзить его бок, но Пятый Дракон перехватил корень свободной рукой, и тот затих.

— Они умерли, – вкрадчиво прошипел Эйден брату прямо в лицо.

Его трясло от напряжения и ярости. Он резко оборвал корень, демонстрируя нечеловеческую силу, и бросил отросток под ноги.

— После стольких лет в человеческом теле ты превратился в жалкого паразита. Бесхребетная рептилия, – с презрением выплюнул эвирец. – Какой-то корень – это всё, что ты можешь?

— Ты бредишь, они не могли, – уверенно заявил Алид, игнорируя издёвку.

— Они умирали медленно, – ещё тише и более угрожающе прошептал Эйден. – Мучились благодаря вам. Каждая секунда была похожа на минуту, а минута растягивалась на часы. Я был рядом и не мог пошевелиться, чтобы помочь, потому что вы меня обездвижили, но не усыпили. И мне пришлось наблюдать, слушать, чувствовать их непонимание и боль, их агонию.

Меня пугали не столько слова Эйдена, сколько лицо Алида, на котором отчётливо отразился страх, перерастающий в откровенный ужас. Он силился скрыть это, но у него плохо получалось. Лицо то и дело искажалось судорогой, глаза неконтролируемо округлялись. Он не мог справиться с эмоциями. Эйден этого и добивался, но победа не вызвала у него улыбки, наоборот, необходимость вспоминать отравила ему душу и настроение. Я хотела спросить, о ком они, но побоялась открыть рот.