Книга Желтый ценник, страница 68 – Сания Шавалиева

В соседней палатке копошится сосед Абузар, громко ругается. Он не любит, когда возвращают товар. А кто любит? Никто. Сегодня вернули спортивный костюм. Долго препирается с покупателем: купили неделю назад, рукава изнутри грязные, явно возвращают ношеный.

У стола остановилась собака. Костляво дрожит, смотрит замороженным взглядом. Щуплый мех не защищает от холода. «Извини, друг, сегодня без гостинцев».

Собака понимает, вздыхает, быстро убегает.

Надо собираться. Все равно покупателей нет. Открыла сумку, положила коробку с ботинками. Подошла семейная пара, попытались померить сапоги. На морозе молния не поддалась. Пока сокрушались, явилась Полина, собрала деньги за аренду. Чек не дала, касса замерзла. Верю. После выплаты в кошельке получился минус. Ничего не продала, а за аренду вынь да положь. Слышно, как бухтит Абузар – брезентовые стены ходят ходуном, значит, собирается.

Зря сегодня вышла.

Лошадь Хайдара пришла на скачках первой.

— Лучший результат! – Он включил свет, чтобы все лучше увидели белый холодильник с красной лентой по диагонали, золотой кубок.

Хайдар поднял кубок: «Смотрите, как тщательно спланированное дело приносит результаты и дивиденды!»

— Хайдар! – улыбалась Алмазия.

— А ты говорила: коневодство – это убыточно! – Хайдар сдерживал себя, чтобы не заорать и не запрыгать.

В комнате Руслан, Алмазия, Хайдар и еще трое незнакомых Асе мужчин. Их голоса становились все громче и громче, один громоздился на другой, желая быть услышанным. Разные фразы сражались за внимание, но все они выражали одну мысль. Все пытались поздравить Хайдара и искренне, громко за него радовались.

— Так его… давно пора было…

— …Я думал, уже все, конец, когда Чернух споткнулся на втором круге…

— Смотрите! – Хайдар держал кубок в руках, словно придавал ему величие. Все пристально вглядывались, как будто ожидали появления фейерверка или фонтана шампанского.

Ася молчала, она даже себе боялась признаться, что завидует. Завидует большому бревенчатому дому, озеру роще, полю. Завидует богато накрытому столу: дорогие соки, экзотические фрукты, она не знает их названия, а уж тем более не знает, как их есть. Алмазия белыми зубками надкусывает черные шарики, очень похожие на виноград, в два укуса прожевывает, сплевывает в ладошку косточку размером с вишневую. Ася пробует следом, глубоко вздыхает. Заграничные какашки ужасно невкусные.

— Это оливки, – Алмазия двигает Асе блюдце с черными блестящими шариками и сдержанно улыбается. – Или маслины. Я их пока путаю. Говорят, это полезно. Завезла на склад, а продать не могу. Приходится есть самой или лошадям скармливать. Коровы от маслин отказались.

Ася внимательно изучает Алмазию. Ведь она явно шутит, и хорошо шутит – весело и ярко. От такой шутки Ася должна громко расхохотаться, но она всего лишь грустно улыбается. Или Ася, как и Алмазия, разучилась смеяться? В последнее время ее заливистый громкий смех превратился в тихий пук или короткое «ха-ха», а то и вовсе в тяжелый вздох.

Ася не понимает грусти Алмазии. Все же хорошо, радуйся. Понятно, что лошади в убыток, но это же баловство, восторг, который могут позволить себе богатые люди. Бизнес налажен и надежен, Алмазия с Хайдаром купили второй оптовый склад продуктов. Народ к ним валит, вывозят товар фурами. Что еще? Если бы у Аси с Русланом была бы хоть десятая часть, они были бы счастливы. Хотя и ей грех жаловаться. За пять лет на рынке они заработали на трехкомнатную квартиру и машину. На сегодняшний день у Аси палатка на рынке, у Руслана контейнер-десятитонник, полный кожаных курток. Ася благодарна Алмазии за тот совет, за тот, в конце концов, пинок под зад.