Онлайн книга «Судьба играет в куклы»
|
«У меня к вам тож разговор, – посмотрел на меня дед, – беда у нас. К Марыське в дом два фрица вчера пожаловали». Я смотрю на деда во все глаза и аж похолодела – чего это он? «Ну-ка, ну-ка, – оживился Сашко и глянул на меня тепло и до́бро, – что стряслось-то, рассказывай!» Но вместо меня начал дед Мирон. Коротко обсказал все как было. Почти. Я только поддакивала. Сказал, что одного солдата застрелила мама моя, Марыся, а второго ранила я, когда тот едва не убег. И что скорее всего звери его ночью с зимней голодухи на клочья и растащили. «Так что давайте наскоро, – закончил дед, – надо к дочке успеть, там она раненая лежит и три девки малые». Все так и не зашли в дом. Тихон уже не улыбался, глянул на меня в упор: «Куда ранила?» Душа в пятки улетела, но я выдержала его взгляд не дрогнув и сказала: «В живот. Спроси вон у деда – я меткая!» Да Тихон и сам знал, мы с ним как-то вместе на охоту ходили, и как я стреляла – он видел. И завидовал, потому что у самого глаз был хуже. «Мирон, – Митяй нахмурил кустистые брови и стал перетаптываться на месте, видать подмерз, – свое дело мы потом решим, это не к спеху, я командиру нашему скажу, он отправит к тебе пару ребят подсобить». «Брось, а мы? – Сашко легко ткнул его в плечо и посмотрел на деда. – Ништо мы не земляки? – и опять на Митяя. – Не тревожь командира понапрасну, сами управимся, – потом вздохнул. – Эх, красивая б девка выросла». Я снова как про сестрицу подумала, так у меня в носу и защипало. «Добро, – дед подал руку сначала Митяю, потом Сашко, – благодарствую. И в долгу не останусь». Потоптались… «Ну так може говори, чего у вас?» – покосился на них дед, мол, че стоять-то на морозе. «Успеется, – Митяй ткнул Тихона в плечо, посмотрел на Сашко, – пойдем», – и повернулся. Тихон продолжал стоять, глядя на меня. «Че раззявился, – рассердился Сашко, – щас как тресну прикладом промеж лопаток! Пошли!» И сам на меня глазами – зырк! А в них будто огонь черный на секунду вспыхнул, потом р-раз – и погас, будто не было. А Тихон улыбнулся мне: «Бывай, пани Анна, мы еще свидимся. Скоро свидимся». Дед глянул на него недобро и намеренно плюнул рядом с его следами, когда тот отошел. «Дурак скользкий», – сказал дед тихо, чтобы тот не услышал. «Дед, ты чего?! – я едва не пихнула его в грудки. – Ты пошто им все рассказал-то?» «Ты это, полегче, – он меня осадил, – все равно узнали б, такое не скроешь, люди не без глаз». «У кого глаза там? Кто видел-то?» «Сестры твои, а они малые, да мама, да незнамо кто еще! И с чего б им молчать, с чего тайну хранить? Они видели, как ты немцу помогала?» «Нет», – задумалась я. «Вот и помалкивай! – он посмотрел на меня со значением. – Поняла? А мужикам-то… лучше полуправда, чем никакой. Я ж тоже не из полена струганный!» «Поняла, – я подошла и обняла его. Так мне с ним тепло и легко было. – Спасибо, дед». «Брось, давай доходягу этого в дом обратно притащим, коли живой, а то, може, окочурился уже в баньке-то холодной, забот стало б меньше. А про следы ты правильно скумекала, – похвалил меня он, – это я, старый олух, прозевал». Двинулись и мы в сторону нашего дома вскорости. Анджей оказался замерзший, слабый, но живой. Мы оттащили его в дом, дед в него еще пару стопок водки влил, оставили хлеба, солонины да кипятку. |