Книга Кровный омут, страница 75 – Наталия Лирон

— Иди в комнату, – строго сказала женщина, – я сейчас приду, – и посмотрела на меня. – Вы знаете, мы снимаем эту квартиру. Второй год уже. Хозяйку зовут Антонина…

— Да-да, это моя сестра, – обрадовалась я, – а Максим Иванович…

— Мам… а что это за тетя? – Малыш не уходил, продолжал держать ее за ногу.

— Иди в комнату! – отцепила она его.

Мальчик отстранился, но остался стоять, беззастенчиво разглядывая меня, как могут только дети.

— Вы извините, – женщина начала злиться, – никакого Максима Ивановича я не знаю. Договор аренды у нас в порядке, платим вовремя. Если хотите что-то спросить, обратитесь к Антонине, тем более если вы сестры.

Последнее она сказала с ухмылкой, показывая, что явно мне не верит.

— Хм… понятно, – я растерялась и отступила на шаг. – Спасибо. Извините.

— До свидания, – женщина дежурно улыбнулась.

— Пока-пока! – мальчик со стеснительной улыбкой помахал мне пухлой ладошкой.

Дыхание перехватило – Кириллу сейчас было бы почти шестнадцать.

Дверь уже почти закрылась, как тут…

— Погодите, – я спохватилась, понимая, что в одной руке все еще держу дурацкий торт. – Вот, возьмите, это вам.

Женщина посмотрела на меня с подозрением.

— Берите, берите, – мне хотелось освободиться от нежеланной ноши. – Обычный торт, только что из магазина, не волнуйтесь.

Дверь снова приоткрылась – краем глаза я заметила незнакомые обои в прихожей. Снова вкусно запахло едой.

— С-спасибо, – она бережно взяла коробку за донышко, – если хотите, могу дать телефон Антонины.

Почувствовав, как пальцам становится легче, я захотела отмахнуться и сказать, что тот у меня есть, но улыбнулась и ответила:

— Буду очень признательна.

Номер оказался совсем не тем, который я помнила.

Десять лет назад

Тучи, столкнувшись тяжелыми лбами, снова громыхнули раскатисто и долго. Я постояла на церковном крыльце буквально минуту и, медленно спустившись по ступеням, побрела к метро.

Дождь хлынул внезапно, целыми ведрами прохладной воды, шумно тарабаня по крышам и водосточным трубам.

Одежда на мне промокла практически мгновенно.

— Погодите… погодите… – позади послышался голос, и я, обернувшись, остановилась.

За мной бежал отец Александр:

— Погодите, Софья, – он остановился в двух шагах. – Послушайте меня, Христом заклинаю. Послушайте человека, который был на вашем месте.

Дождь заливал его черное длинное одеяние, лицо, бороду…

— Поверьте, вам туда не надо! Вы должны жить. Если хотите встретить своих близких, вам нужно прожить свою жизнь. Пройти отмеренный Господом путь в смирении. Думаю, мы не случайно встретились. Сегодня служит отец Никодим, а я заехал буквально на полчаса перед дорогой. Сам Господь меня привел…

Столько света было в его глазах, столько неподдельного волнения. Откуда? Я же ему никто.

Я тоже быстро заговорила:

— Понимаете, дома каждая вещь: тарелки, чашки, одежда, стены эти проклятые… а в Кирюхину комнату я вообще заходить не могу. И жить больше не могу…

Дождь, стекая по щекам, сливался со слезами.

— Я знаю, знаю, я все знаю, – кажется, он плакал вместе со мной, – вам не нужно оставаться дома, иначе вы просто сойдете с ума, лишитесь рассудка.

— Но… как же… – Я не понимала, к чему он клонит.

— Уезжайте в монастырь, – он смотрел мне прямо в глаза, – Софья, я знаю, как вам плохо, настолько хорошо знаю, что вы даже представить себе не можете. Я ведь не родился священником, у меня была жена. И две дочери.