Книга Кровный омут, страница 70 – Наталия Лирон

— Спасибо, – она поправила косынку на голове, – жаль, тут пирожных тех не дают, ну ты помнишь, наших? – я кивнула. – Жеку одевай теплее, похолодало.

— Ладно, – стоя у двери, я помахала ей рукой, – пока.

Я вышла в прохладную духоту сгущающегося в небе ливня. Казалось, воздух искрит и потрескивает от пыльного напряжения: когда же, когда? Скоро.

Отец… я поймала себя на мысли, что давным-давно не называла его папой ни вслух, ни про себя. Водка его почти доконала. И в скором времени, похоже, доконает окончательно – он не остановится. Ехать к нему совершенно не хотелось. Я и не поехала.

Я расхаживала по платформе в ожидании электрички, размышляя, куда податься – на Невский или… Петроградку? Васильевский? Мне хотелось попрощаться с городом.

Еще день назад я зашла к нотариусу и оформила завещание, переписав все свое имущество на сестру.

Возникло странное ощущение их присутствия – Феди и Кирюхи, – будто я просто гуляю по городу, захожу в кафешки и вот-вот вернусь домой, к ним. И одновременно страшное, но будоражащее чувство близкого реального сумасшествия, когда топчешься на пороге, на самой кромочке… еще полшага – и провалишься в неконтролируемое безумие. Скоро.

Немного пошатавшись по людному Невскому, я поехала на Ваську. Там совсем другой Петербург – там живут чокнутые островитяне, седовласые дамы в шляпках и дядьки, которые, здороваясь, приподнимают кепку или шляпу. Там воздух наполнен влагой до краев и всегда ветрено.

Когда я выходила с Василеостровской наверх, от Тони пришло сообщение: «Ты где? Когда будешь?» Я не стала отвечать, сунула телефон в карман куртки и там же обнаружила клочок бумаги. Достала:

«Храм Трех Святителей вселенских. Васька, 6-я линия, отец Александр».

Что это?

Я поморгала, не понимая, откуда это взялось? И что это вообще?

— А, это же следователь! Петр Петрович Павлов! – неожиданно я сказала вслух, вспоминая простывшего лейтенанта.

«Трех Святителей вселенских», – я усмехнулась. – Ну да. А почему не пяти? Или семнадцати? Или ста пятидесяти девяти? Бред какой-то.

Скомкала листок и выбросила в ближайшую урну.

Дома, дома, калитки, арки, проходные дворы, аптека Пеля, башня Грифонов с циферками. Внутри теплело от воспоминаний – когда-то с Федькой мы приходили сюда загадывать желания, я знакомила его с Петербургом, его тайными закоулками и секретами.

Я просто брела по городу, ощущая себя почти бесплотной. Тенью. Небо, утробно урча грядущей грозой, носило надо мной тонны непролитого дождя.

Этот храм возник передо мной неожиданно, будто черт из табакерки. Охристо-кирпичный и прянично-нарядный, он не очень-то походил на православную церковь в моем привычном понимании.

На табличке была надпись: «Памятник архитектуры. Церковь Трех Святителей вселенских».

Я посмотрела на часы – до вечера было далеко. Белые ночи уже прошли, но день заканчивался все равно поздно.

«Ладно, если ты такой настойчивый». – Я смотрела на открытые двери, обращаясь к храму, как к живому человеку.

И вошла, осторожно ступая по каменному полу.

Ни с каким батюшкой мне встречаться и разговаривать совершенно не хотелось. Просто постоять немного в тишине перед тем, как я отправлюсь к «своим».

Я встала возле стены и прикрыла глаза, вслушиваясь в негромкие звуки храма, расходящиеся эхом во все стороны.