Книга Исповедь смертного греха 3, страница 8 – Макс Вальтер

Прямо у их подножия нас ожидал человек, единственный во всём холле. Его невозможно было не заметить, но он всё же помахал нам рукой, привлекая внимание.

— С прибытием на Анкор, господа, — поприветствовал нас он. — Меня зовут Макс, и я буду вашим связным.

— Я — Грех, это моя команда, — кивнул в ответ я.

— Представляться не нужно, я знаю, кто вы, — вежливо улыбнулся Макс. — Прошу за мной.

Мы двинулись за Максом. Он шёл быстро, но без суеты, как человек, который знает дорогу наизусть и ходит ею каждый день.

Коридор за коридором. Белые стены, мягкая подсветка, никаких указателей. Поворот налево, направо, снова налево. Стеклянные переборки раздвигались перед нами и бесшумно смыкались за спиной. Я попытался запомнить маршрут, но уже на четвёртом повороте понял: без нанитов не обойтись.

Интерфейс отозвался мгновенно. Перед глазами развернулась карта, пока ещё фрагментарная, но с каждым шагом она обрастала деталями. Коридоры, по которым мы прошли, подсвечивались зелёным. Помещения за стенами, которые интерфейс реконструировал по косвенным признакам, плотности материала, электромагнитному фону, вибрациям от вентиляции, отрисовывались пунктиром. Оранжевые линии отмечали будущие комнаты, в которые мы только-только должны были войти. Синим — технические шахты, красным — зоны с повышенной защитой. Наниты работали как сканер, прощупывая пространство всеми доступными им сенсорами.

Я мысленно отметил это. Раньше интерфейс такого не умел, а значит, он продолжал развиваться.

Макс свернул к лифтовой шахте. Двери открылись, мы вошли. Кабина была просторной, рассчитанной человек на десять, но стенки сделаны из голого металла, без намёка на дизайн. Очень похоже на грузовой лифт, никак не на пассажирский.

— Вниз, — коротко бросил Макс, и лифт послушно загудел.

Спускались мы долго, секунд пятнадцать, может, даже все двадцать А когда двери открылись, воздух стал заметно прохладнее и суше. Чем-то он напоминал тот, которым мы дышали на Монолите.

Снова коридоры, но здесь они были уже не парадными, а сугубо функциональными: серый бетон, кабельные лотки под потолком, редкие лампы в защитных кожухах.

Интерфейс тем временем достроил карту и вывел данные на визор. Мы находились на глубине примерно пятидесяти метров, прямо под центральным корпусом «Технопарка». Вокруг — лабиринт технических помещений, но маршрут Макса был прямым как стрела. Он вёл нас к единственному объекту, который интерфейс не мог просканировать. Эдакая зона, закрытая плотным слоем активного экранирования.

— Сюда. — Макс остановился у массивной двери без таблички.

Как и другие, она открылась бесшумно, пропуская нас в зал для брифинга. Просторное помещение без окон, с длинным столом посередине и голографическим проектором под потолком. Стены тёмные, матовые, с явными признаками шумоподавления и защиты от прослушивания. Вдоль стен расположилось несколько кресел. На столе ничего лишнего, только терминал управления проектором у дальнего края.

— Располагайтесь. — Макс обвёл рукой помещение. — Разговор будет долгим.

Мы расселись. Мишка с Саньком по привычке заняли места так, чтобы видеть вход. Дашка села напротив меня. Макс дождался, пока все устроятся, и активировал проектор.

Над столом развернулась голограмма. Звезда, планеты, орбитальные станции. Я сразу узнал систему. Мы изучали её на Монолите. Сектор 17 — нейтральная зона за пределами юрисдикции «Заслона».