Книга Новая фантастика 2026. Антология №10, страница 41 – Сергей Лукьяненко, Екатерина Пронина, Дарина Стрельченко, и др.

Выйдя на станции и оказавшись перед мощными стволами сосен, Лиза вцепилась в телефон, как скалолаз в веревку, не дающую ему провалиться в пропасть. Железная дорога представилась ей венулой цивилизации, а грунтовая дорога до въезда в «Метсолу» – капилляром, связывающим отдельные участки органа. Стареньким внедорожником управлял болтливый парнишка в коричневой куртке. Вел он принципиально одной рукой – левой, выставляя напоказ нашивку с логотипом государственных инспекторов: щит с изображением медведя. Артур, так он представился, прекрасно знал, кого и куда сопровождает, но это не помешало ему выдать протяжное «О-о» при виде Лизы.

— Вы такая… современная.

Черные радужка и зрачок слились в бездонные колодцы; лишенные света круги скользнули от приборной панели к ее лицу.

— Как это понимать? – раздраженно спросила Лиза.

— Ваш отец одевался иначе.

— Как вы? Он же тоже был инспектором.

— Официально да, – объяснил Артур. Козырек его темно-зеленой кепке смотрел в сторону Лизы, имитируя беседу лицом к лицу. – По факту служил и инспектором, и егерем, и лесником. Иван Максимыч очень неохотно покидал заповедник. Да всего раз, наверное, когда ваша мать умерла.

— Отец не был на похоронах.

Резкий ответ сбил с Артура не только налет словоблудия, но и юношескую миловидность.

— Наверное, я что-то напутал.

По лесной дороге, заросшей травой и мелкими деревцами, которые скребли по днищу внедорожника, они ехали в почтительном молчании. На исходе своего терпения Лиза разглядела впереди лесную хижину: бревенчатый сруб, покрытая мхом крыша с торчащей, словно гриб, печной трубой. Забора не было, и Артур остановил внедорожник прямо перед дверью, зашторенной вылинявшей пятнистой шкурой.

— Мы ничего не трогали, – сообщил инспектор. – Хижина принадлежит государству, но личные вещи – вам. Я подожду в машине.

— А ключ?

— Думаете, лисы могут планировать ограбление? Простите, – торопливо добавил он, стирая улыбку с лица. – Там щеколда.

Первобытная дикость снаружи уступила ретро-уюту внутри: железная кровать с толстенным матрасом, плед и грелки; кирпичная печь с варочной плитой, занятой чайником и кастрюлей с засохшей кашей; письменный стол, а над ним ряды полок с книгами по этнографии. Даже в глуши у отца не выветрилась страсть к карельскому фольклору. В шкафах Лиза нашла контейнеры с крупами и мукой, пакеты сушеных овощей и фруктов, приправы, консервы и банки с вареньями. Рядом с подушкой лежала аптечка, и по препаратам сверху она легко выявила запущенные проблемы с сердцем. Недалеко от хижины, как сообщил Артур, они и настигли отца.

На исцарапанной столешнице лежала раскрытая книга со избитым названием «Deus ex machina». Она пролистала работу, занимавшую отца в последние часы жизни. Речь в ней шла… нет, не о ленивых развязках, а о духе/призраке в творениях людских. В ящиках Лиза нашла несколько фотографий матери и груду записных книжек, где отец проявил себя изобретательным карикатуристом. Рассматривая пузатеньких, как пеньки, или худых и пятнистых, как березы, человечков, она могла держать на дальней орбите то, что не нашла в хижине ни одной своей фотографии.

На четвертинке окна притаился еще один рисунок. Короткие ручонки и ножки из осколков камня и овальное, как яйцо, туловище. Лиза моргнула: нарисованный на стекле человечек пошевелился. Сбросив оцепенение, он забрался на кочку, цепляясь за ветви можжевельника. Не веря своим глазам, Лиза выбежала на улицу, прошла вдоль бревенчатой стены и заглянула за угол. За вскопанной грядкой она отыскала взглядом кочку с можжевельником, но среди колючих ветвей никого не было.