Книга Искатель - 26, страница 49 – Сергей Шиленко

Единственным по-настоящему светлым пятном во всей этой кровавой неразберихе было то, что Малин до сих пор не послал новую армию на уничтожение Вольных Земель, и даже гильдейские убийцы не показывались на горизонте. Либо этот старый бородатый ублюдок исчерпал свои резервы и не решался открыто бросить вызов нашему Теневому крестовому походу, особенно пока с нами была Каира в своей устрашающей драконьей форме, либо сменил тактику. Зная Малина, я ставил скорее на второе. За десятилетия правления своей теневой империей, которая на моих глазах мутировала в открытую тиранию, он явно усвоил, что бить из тени куда безопаснее и эффективнее, чем переть напролом.

Тем не менее я не собирался давать ему даже призрачного шанса и отдал жесткий приказ, что лагерь эвакуированных должен постоянно перемещаться. Никаких стоянок дольше положенного. Да, это являлось настоящим логистическим кошмаром не только для них, но и для нас. Обеспечить припасами, чистой водой и защитой тысячи людей, когда весь наш вспомогательный персонал вынужден двигаться вместе с обозом, задача, от которой у любого интенданта поехала бы крыша. Скрип сотен телег, плач детей по ночам, вечная нехватка ресурсов… Это сильно тормозило продвижение самого Крестового похода, но безопасность людей всегда стояла для меня на первом месте.

Но, видит Система, теперь, когда пламя войны пожрало весь континент, когда королевства одно за другим либо открыто выступали против Консорциума, либо тихо саботировали его указы, решающая стадия войны уже началась.

Хотя прямо сейчас эта тварь Малин всё ещё сидел на своем золотом троне и дергал за ниточки.

Я перелистнул страницу. Большинство отчетов, прошедших сегодня через мои руки, варьировались от категории «всё плохо» до категории «катастрофа», но вот эта бумага от Ирен заставила меня удовлетворенно хмыкнуть. Редкая по-настоящему хорошая новость.

Цветочные поля фарфалов и их покровительница, богиня Серафия, Ангел Красоты, официально закрыли свои границы для всех южных королевств и особенно для Марогии.

Я откинулся на спинку походного стула, вслушиваясь в смысл этого политического решения. Для абсолютно нейтральной, миролюбивой территории это был беспрецедентный, почти агрессивный шаг, и он уже вызвал целую бурю шепотков в дипломатических кругах. Скорее всего Серафия пошла на это, потому что эскалация насилия начала напрямую угрожать хрупким крылатым созданиям, которых она так трепетно опекала. Богиня пожертвовала львиной долей своей мощи, чтобы создать и поддерживать для них безопасное цветущее убежище, отрезав его от жестокости Валинора. И теперь она защищала свои владения от скверны Консорциума.

Но где-то в глубине души я смел надеяться на большее, что под маской строгого нейтралитета Серафия таким образом оказывает пассивную поддержку нашему делу. «Враг моего врага — мой друг», это старое земное правило работало и здесь.

Я отставил пустой стеклянный флакон из-под зелья выносливости. Каждый такой отчёт — это фрагмент колоссально сложного пазла, который Система швырнула мне в лицо, но я соберу его деталь за деталью. Если сейчас позволю себе закрыть глаза от усталости, кто-то из моих людей может не открыть их уже никогда.

Я придвинул к себе следующую стопку и макнул перо в чернильницу. Ночь только начиналась.