Книга Зло во мне, страница 38 – Джеральд Бром

— Ты знаешь, что это?

— Мой отчёт?

— Именно.

Руби ждала продолжения, какого-то указания, намёка на то, что в нём, но лицо миссис Райт ничего не выражало.

— Ну, они собираются меня запереть и выбросить ключ? – спросила Руби со смехом, но смех получился неестественным, неловким, отчаянным.

Снова Руби ждала хоть какого-то знака от миссис Райт.

Миссис Райт не спешила с ответом.

— Мы посмотрим, – сказала она. – Я сейчас просматриваю свои записи.

Руби ждала ещё долгий момент, не зная, что ей делать. Она держала язык за зубами, пока не смогла больше терпеть.

— Ладно… хорошо… тогда я скоро вернусь.

— Куда ты собралась?

— О, просто быстро попрощаюсь с детьми.

Лицо миссис Райт скисло, затем смягчилось. Она издала долгий вздох и откинулась на спинку стула.

— Руби… мне очень жаль, правда, но это не очень хорошая идея.

— Мэм?

— Я считаю, что лучше, если ты этого не сделаешь.

— Но… почему?

— Ну… некоторые родители выразили обеспокоенность. Знаешь, по поводу некоторых песен, которые ты играла для этих детей.

Руби почувствовала себя так, словно её ударили.

— И, честно говоря, – продолжила миссис Райт, – я чувствую то же самое. Я не делала из этого секрета. Я просто скажу прямо, раз уж мы обе об этом думаем… ты, правда, не была лучшим влиянием на них.

Обида Руби переросла в гнев.

— Но… вы слышали, как они играют? Они так далеко продвинулись. И я, правда, чувствовала, что им нравилось учиться у меня. Нам было очень весело вместе.

— Дети не всегда знают, что для них лучше. Не так ли? Так что, нет, прости. Я пообещала их родителям, что прослежу, чтобы ты больше не проводила с ними время.

Руби почувствовала, как присутствие поднимается из-под гнева, как-то переплетаясь, словно питаясь им. Гнев набух, почти одолев её. Она моргнула и оперлась рукой о стол, чтобы удержаться.

— Я вижу, твои чувства задеты, – добавила миссис Райт. – Мне жаль, но, знаешь, я пыталась тебя предупредить.

Руби не нашла сочувствия на лице миссис Райт, только самодовольное удовлетворение.

Взгляд Руби упал на степлер миссис Райт – большой и тяжёлый раритет, сделанный из железа и стали. Импульс поднять его и застеплерить уродливый, мерзкий, маленький рот миссис Райт пронёсся над Руби.

Миссис Райт посмотрела на Руби строго.

— Ты в порядке? Ты держалась подальше от наркотиков? Верно?

Гнев Руби трансформировался в нечто, приближающееся к чистой ненависти.

— Я в порядке, – рявкнула она. – Просто я купила им кое-что. – Она подняла сумку. – Несколько медиаторов. Я не вижу… – Руби проверила тон своего голоса, изо всех сил стараясь умерить нарастающую ярость. – Могу я… могу я, пожалуйста, заскочить на секунду и раздать их?

Миссис Райт покачала головой.

— Мы просто не можем позволить тебе снова их будоражить. У меня сейчас там миссис Бейкер, и она сказала, что благодаря тебе, всё, что они хотят играть, это уродливые песни.

Руби моргнула. Правда, – подумала она, изо всех сил стараясь не усмехнуться, удивлённая тем, как такая мелочь заставила её почувствовать себя так хорошо, как будто она действительно что-то изменила в жизни этих детей.

— Пора вернуть их умы к красивым вещам, – сказала миссис Райт, её взгляд скользнул к её собственной картине, акварели с каликовым маисом в ивовой корзине, висящей за ней. Она встала и поправила большую синюю ленту. – Люди смотрят на мою картину здесь каждый день, и знаешь, что они мне говорят? Они говорят, что она заставляет их чувствовать себя хорошо. И знаешь что? Это заставляет меня чувствовать себя хорошо. Руби, ты очень талантливая леди, и я готова поспорить, что если ты поставишь себе целью создавать что-то прекрасное, как это, какие-то милые маленькие песенки, ты однажды согреешь много сердец.