Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 91 – Диана Фурсова

— Тогда почему наложили печать?

— Потому что если временное право управления когда-либо вступило в силу и не было прекращено, Тарсель может утверждать, что оно сохранилось.

— Неужели на такой давний долг можно ссылаться до сих пор?

— Я не сказал, что он выиграет.

— Но его довод достаточно серьёзный, чтобы остановить новые работы.

— Для временной меры канцелярия сочла его достаточным.

Она снова посмотрела на старую бумагу.

Орвен Тарсель готовился не один день.

Он выкупил старый долг двенадцать лет назад.

Покупал землю вокруг.

Строил сеть вдоль дороги.

Ждал.

Терпеливо.

— Где он остановился в Равенне? — спросила Эстелия.

Рейнар посмотрел на неё.

— Я же просил не встречаться с ним одной.

— Так я и не одна. Вы пойдёте?

— Это приглашение?

— Да, пойдёмте со мной. Вы мне ещё пригодитесь, если он начнёт путать формулировки.

Уголок его рта дрогнул.

Служащий кашлянул.

— Господин Тарсель остановился в «Короне и сосне».

Эстелия знала постоялый двор.

Один из лучших в Равенне.

И, вероятно, принадлежал самому Тарселю.

— Даже адрес искать не придётся.

Орвен Тарсель оказался человеком, которого Эстелия не заметила бы на столичном балу дважды.

Среднего роста.

Седеющие светло-каштановые волосы.

Тёмный дорожный костюм хорошего качества без герба и лишних украшений.

Ни громкого голоса, ни привычки занимать собой всю комнату.

Именно поэтому через несколько минут Эстелия поняла, что недооценить его было бы легко.

Он встретил их в отдельной гостиной постоялого двора.

Не удивился Рейнару.

Это ей не понравилось.

— Госпожа Ровенар. Герцог Кальдэн.

— Господин Тарсель, — ответила Эстелия.

Он указал на кресла.

— Признаюсь, ожидал вашего визита завтра.

— На моих дверях печать с утра. Я решила не откладывать знакомство.

— Понимаю. Прошу, садитесь.

Он смотрел на неё без той неприятной любезности, к которой Эстелия привыкла в столице.

Не жалел.

Не разглядывал женщину после скандального развода.

Не пытался понравиться.

Для него она действительно была владельцем спорного имущества.

Это даже располагало.

До тех пор, пока Эстелия не напомнила себе, что утром из-за него на её доме появилась королевская печать.

— Вы заявили права на восточную часть «Семи облаков», — сказала она.

— Вы получили уведомление, насколько я знаю.

— На основании долгового соглашения сорокавосьмилетней давности.

Тарсель слегка улыбнулся.

— Вы быстро работаете.

— Когда запрещают работать, приходится торопиться.

— Слышал.

— Уже доложили обо мне?

— Равенна невелика.

— За это название города можно спрятать любого осведомителя.

Он улыбнулся чуть шире.

— Не могу с вами спорить.

Рейнар сидел рядом и молчал.

Эстелия чувствовала его присутствие, но не собиралась превращать встречу в разговор двух мужчин над её головой.

— Вам не нужен восточный дворец, — сказала она.

Тарсель не стал изображать непонимание.

— Сам по себе дворец — нет.

Это прямое признание удивило больше, чем отрицание.

— Источники?

— Их ценность я тоже учитываю.

— Но тоже не главное.

— Верно. На одних купальнях дело не строится.

— Проход.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Вы нашли карту.

Не вопрос.

Эстелия ничего не ответила.

Тарсель чуть кивнул.

— По вашему молчанию вижу, что угадал.

— Откуда вы знаете, что она существует?

— Она существует и в копиях.