Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 24 – Диана Фурсова

В четыре часа приехал поставщик и сообщил, что заказанные продукты будут только утром.

В пять лошадь Брана потеряла подкову.

В шесть Нейра обнаружила, что в одной комнате плохо закрывается окно.

В семь Тесса вошла в кабинет Эстелии, села на стул и произнесла:

— Если завтра никто не приедет, я буду счастлива.

Эстелия отложила перо.

— А если приедут?

— Дайте мне выспаться после их отъезда, и тоже буду счастлива.

Они посмотрели друг на друга.

Потом обе рассмеялись.

Эстелия устала настолько, что смех почти сразу сменился желанием положить голову на стол.

— Сколько у нас денег? — спросила Тесса.

— Если завтра все заплатят — достаточно, чтобы прожить ещё две недели без продажи чего-нибудь крупного.

— А если денег не дождёмся?

— Придётся снова расстроить Брана.

— Что вы ещё у него присмотрели?

— Я присмотрела ещё один шкаф.

Тесса покачала головой.

— Он спрятал ключ от западной галереи.

— Запасной на месте. Я проверила.

— Конечно знаете.

За окном темнело.

Внутренний двор выглядел непривычно чистым. Доски убрали. Куча старого камня исчезла. Возле восточной галереи установили два фонаря.

Не дворец.

Даже не половина дворца.

Маленький остров порядка среди огромного запущенного дома.

Но это было их.

Сделанное за две недели.

— Пойдём, — сказала Эстелия.

— Только не говорите, что опять что-то мыть.

— К источнику. Хочу проверить фонари.

Тесса посмотрела на неё с подозрением.

— Уже ходили. Я вас видела.

— Светло ещё было. Хочу посмотреть, как освещают камень.

— Я не пойду.

— Даже ради прогулки?

— Потому что я с утра проверила двенадцать комнат, пересчитала полотенца, трижды поссорилась с Мартой и один раз с человеком, который утверждал, что кровать можно поставить на кривой пол, если подложить кусок дерева. Я намерена сидеть здесь до тех пор, пока кто-нибудь не принесёт мне ужин.

— Тогда отдыхай. Я ненадолго.

Эстелия пошла одна.

Воздух после дождя стал холоднее.

Фонари вдоль дорожки уже зажгли. Жёлтый свет ложился на влажный камень, и путь к источнику впервые выглядел не заброшенным, а намеренно старым.

Эстелия остановилась.

Именно этого она и хотела.

Не скрывать возраст места.

Не превращать его в новый столичный дом.

Пусть камень остаётся потемневшим.

Пусть колонны стоят надломленными.

Только дорожка должна быть чистой.

Вода — прозрачной.

Скамьи — целыми.

А гость должен чувствовать, что старость этого места является частью его красоты, а не следствием равнодушия хозяев.

Она спустилась ниже.

Серебристый пар висел над бассейном.

Фонари отражались в воде.

Эстелия обошла край, проверила перила, которые установили два дня назад, и присела на скамью.

Завтра приедут люди.

Настоящие гости.

Не комиссия.

Не мастера.

Не торговцы.

Люди, которые заплатят собственные деньги, а потом решат, стоило ли это того.

Вот чего она боялась больше королевского ревизора.

Рейнар обязан был искать нарушения.

Гости не были обязаны искать достоинства.

Им либо понравится, либо нет.

Эстелия посмотрела на дворец.

Из окон восточного крыла пробивался свет.

Двенадцать комнат.

Ещё две недели назад пригодными казались только три.

На секунду ей захотелось, чтобы Кайден увидел.

Не её.

Дом.

Увидел бы, что вещь, которую он отдал со смехом, оказалась не совсем бесполезной.

Эстелия раздражённо встала.

Вот ещё.