Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 111 – Диана Фурсова

Эстелия подняла голову от сметы кухни.

По лицу смотрителя было понятно: случилось что-то значительное.

— Бран, что случилось?

— Четвёртый пошёл. Вода появилась.

Она встала так быстро, что задела коленом стол.

Рейнар, работавший возле окна, уже отложил бумаги.

— Тот, что выше зелёного?

— Да, под кустами.

Они вышли вместе.

Четвёртый бассейн раньше почти полностью скрывали кусты. Расчищать его запрещала печать, поэтому он оставался таким же запущенным, каким был в первый день.

Но теперь из ветвей поднимался синий пар.

Не яркий.

Глубокого прозрачного оттенка, заметного только там, где на него падал свет.

Вода пробивалась снизу через старое каменное дно.

Терен уже стоял за ограждением и смотрел.

— Мы ничего не делали, — сразу сказал Бран.

— Знаю, Бран. Вы бы сказали.

Рейнар перевёл взгляд на неё.

— Вы ему сразу поверили.

— Я уже успела узнать своих людей.

— У вас быстро получается.

Вокруг четвёртого бассейна происходило ещё кое-что.

На кустах, которые ночью покрывались инеем, теперь блестела вода.

Не замёрзшая.

Воздух возле источника был заметно теплее.

Эстелия сделала шаг по верхней дорожке.

— Здесь как в сентябре.

Бран кивнул.

— Четвёртый всегда называли летним.

Она повернулась.

— Вы раньше про это слышали?

— Дед говорил. Я думал, сказки.

Рейнар подошёл к камню, не пересекая ограждение.

— Температура воздуха меняется на несколько шагов от воды.

— От него и летом пахнет. Потому так называли?

— Похоже. Название вполне точное.

Эстелия улыбнулась.

— Сегодня за «похоже» не придерусь.

— Такую поблажку получу?

— За четвёртый источник могу простить один неточный ответ.

Через час они спустились в архив.

Четвёртый ключ повернулся.

Без усилия.

Внутри стены раздался щелчок.

Четыре замка.

Три оставались.

Эстелия положила ладонь на камень.

Дверь не открылась.

— Не беспокойтесь, я только прикоснусь, — сказала она, прежде чем Рейнар успел что-нибудь произнести.

— Я успел показать беспокойство?

— Успели. Ничего ломать не буду.

— Кажется, некоторые разговоры мы теперь можем пропускать.

Она убрала руку.

— Не все. Не обольщайтесь.

Кухню расширяли под руководством Марты.

Не Эстелии.

Это выяснилось в первый же день.

— Вот этот стол здесь стоять не будет.

Эстелия стояла у плана старой служебной части, куда после снятия ограничений с центрального дома можно было присоединить две бывшие кладовые.

— Чем он мешает?

— Потому что вы поставили второй стол там, где люди будут проходить к печам.

— Тогда чуть сдвинем к стене.

— Так мы всё равно перекроем проход. Зачем он вам именно здесь?

— Потому что здесь окно.

— Я у этого окна не работаю.

— Я думала, вам света не хватает.

— А проходить к печам мне как? Вы вместо меня с кастрюлей походите?

Эстелия замолчала.

Марта подняла брови.

— Не будете?

— Не буду. Я поняла.

— Тогда стол будет здесь.

Она ткнула пальцем совсем в другое место.

— Марта, там дверь, посмотрите.

— Эту закроем. С другого выхода будем ходить.

— Тогда придётся…

Марта посмотрела на неё.

Эстелия подняла руки.

— Хорошо. Вам здесь работать.

Тесса, стоявшая рядом, рассмеялась.

— Тесса, что тебя так веселит?

— Редкая возможность посмотреть со стороны.

— На что посмотреть?

— Вы столько лет учили: кто отвечает за дело, тому и решать. Вот Марта и решает, как ей за кухню отвечать.