Книга Практика для двоих, или Поцелуй по ошибке, страница 111 – Ольга Ярошинская

Но когда мы спустились в подвал, то смотрителя там не оказалось.

— Сбежал? — удивился Гус.

— Убили, — мрачно сказала я и нашла взглядом Джинджер. — Признавайся, ты его грохнула?

— Чего сразу я? — возмутилась она.

— Потому что ты носилась с этой гениальной идеей как курица с яйцом, — напомнил Роско, хмуро оглядывая взрытый и сломанный пол.

— Убила и закопала, — прогудел Тинто, почесав бороду.

Джинджер демонстративно вытянула холеные ручки с длинными ноготками.

— Эти руки не для лопаты, — гордо сказала она.

— Не для поварешки, не для швабры, не для иголки с ниткой, — тихо перечислил себе под нос Пауль.

Я склонилась, оглядывая пол внимательнее. Тут точно что-то произошло. А вот подозрительные пятна, похоже на кровь. Я протянула руку, чтобы потрогать, но Роско нетерпеливо дернул меня за предплечье, заставляя подняться.

— Снова трещит, — пробормотал он, прислушиваясь.

С потолка осыпалась древесная труха, закружилась в воздухе как хлопья пепла.

— Здесь опасно. Уходим! — скомандовал Роско. — Берите самое необходимое — и на выход.

Габриэлла и Джинджер взвились по лестнице на второй этаж, а я кинулась в лекарню, похватала свои эликсиры. Напоследок оглядела комнатушку, служившую мне кабинетом совсем недолго. Ох, и бардак я тут оставляю! Всюду кровь, в умывальнике так и торчит зазубренная игла, которую я достала из плеча Альфи…

А где, собственно, Альфи?

Выйдя из старого дома, я заметила печальный силуэт на уцелевшей стене поста и, сгрузив лекарства Дикону, который шатался без дела, пошла к Гвиневреду.

Тучи разошлись, и небо отливало золотом, как и его кудри. Он покосился на меня, но быстро отвернулся, устремив взгляд к горизонту.

— Как твоя рана? — спросила я, осторожно коснувшись его лопатки. Кровь не проступала через ткань рубашки, и жара нет, значит, все хорошо.

— Заживает, — скупо бросил Альфи, дернув плечом.

— Старый дом рушится, ты бы забрал свои вещи.

— Мне ничего не надо.

— Ты в порядке?

Горькая усмешка дернула вниз уголок его губ, и Альфи махнул рукой в сторону дерева.

— Поздравляю, — произнес он. — Надеюсь, ты будешь счастлива, Эрика.

— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя себя без вины виноватой.

А что тут еще сказать? Что мне жаль? Но это неправда. Просить прощения? Так не обещала я ему ничего.

— Ладно, если вдруг плечо разболится или начнет кровить — сразу ко мне, хорошо?

Я повернулась, чтобы уйти, но Альфи придержал меня за локоть.

— Тебе стоит кое-что знать, — сказал он, понизив голос. — Багрянец в прожилках коры — характерный цвет для ритуалов с жертвенной кровью.

— В смысле? — нахмурилась я. — Ты о чем?

— О ритуалах, в которых великому дому скармливают кровного врага, — тем же многозначительным шепотом пояснил Альфи. — Вообще-то в теории это до сих пор дозволяется, если есть бесспорные доказательства вины. Но у вас таких касательно смотрителя Краса не было, так?

— Хочешь сказать, наш дом сожрал Михаля? — ужаснулась я.

Альфи пожал плечами, вновь уставившись в сторону горизонта, где клубилось облачко пыли.

— Я практически в этом уверен, — процедил он. — Дерево слишком большое, плюс, как я уже говорил, оттенок коры. Видимо, Крас на самом деле сотворил что-то мерзкое, деревья такое чуют. Но если кто-то узнает, у тебя могут быть неприятности. А новый дом всегда становится объектом внимания.