Книга Мне нельзя тебя любить, страница 126 – Инна Инфинити

Спать по ночам стало очень тяжело. Мне или снится Быстрицкий, или я не могу уснуть, потому что до слез тоскую по нему. У меня остался шарф Льва еще с тех дней, когда он был со мной во время болезни. Зарываюсь лицом в шерстяную ткань и вдыхаю любимый родной запах на полные легкие. А потом не сдерживаюсь и реву белугой.

Голоса подсчитывают сутки. Шкалы с подсчетом в режиме реального времени показываются на телеканале «Печорск-ТВ». Внизу экрана телевизора пять фотографий всех кандидатов, а рядом с ними полоски с процентами голосов.

Мы с Быстрицким идем нога в ногу. Периодически Лев вырывается сильно вперед, но потом я его догоняю и почти равняю счет.

Но все-таки «почти»…

Потому что хоть на пару процентов, но Быстрицкий опережает меня.

Мне ужасно больно смотреть на цифры, которые означают крах моей карьеры и немедленный отъезд из Печорска, поэтому в какой-то момент я выключаю телевизор, и моя команда оказывается вынуждена смотреть подсчет на экранах ноутбуков и телефонов. Но я запрещаю им вслух комментировать проценты в пользу Быстрицкого.

Лев выиграл. Надо это признать.

И хоть Андрей пытается успокоить меня (или себя?), что мои показатели все равно успех, учитывая, что я для этого города чужачка и незнакомка, мне от этого не легче. Но умом я понимаю, что действительно проделала огромную работу всего лишь за несколько месяцев. К слову, три других кандидата за всю свою жизнь в Печорске не добились тех результатов, которых добилась я за столь короткий срок.

Мою рефлексию прерывает громкий звон мобильного. Бросаю взгляд на экран и вижу номер, начинающийся на 999. Внутри все моментально опускается от ужаса. Так начинаются служебные телефоны только очень высокопоставленных московских чиновников. По позвоночнику тут же пробегает неприятный холодок. Я не ждала звонков с номера, начинающегося на 999. Не сейчас, когда я все же проигрываю выборы.

— Алло, — с опаской поднимаю трубку.

Стараюсь придать голосу уверенности, но он все равно сипит. Мой кабинет набит сотрудниками, дверь открыта нараспашку и люди бегают туда-сюда, создавая шум.

— Здравствуй, Ирочка, — произносит по-доброму… премьер-министр.

Меня аж парализует. Сжимаю телефон так крепко, что рискую раздавить его.

— Кхм, здравствуйте, — выдавливаю, чувствуя просто дикий животный ужас.

Зачем мне звонит премьер? Сказать, что я все провалила? Испытательный срок не пройден? Меня списывают на задворки истории?

— Я тут глянул краем глаза предварительные результаты на твоих выборах.

Он что, следит за подсчетом голосов на выборах в засратом Печорске??? Ему больше делать нечего??? Второй человек в стране, у него работы по горло!

— Д-да…

— Ну ты, конечно, все-таки уступаешь этому Быстрицкому.

В интонации премьера слышится осуждение, отчего мне становится дурно. Ну вот и все. Вот он мой конец. Не будет у меня больше никогда карьеры политика.

Ну значит пойду в семейный бизнес, хоть он меня никогда и не интересовал. Может, Лешка возьмет меня в строительную компанию какой-нибудь секретаршей. На большее я там не способна.

— Подсчет голосов еще не завершен, — прохладно отвечаю.

Вот зачем мне звонить и все это говорить, как будто я не знаю, что Быстрицкий опережает меня на проклятые пару процентов???

— Но ты все равно отлично себя проявила, Ира, — неожиданно говорит премьер. — Ты превзошла все наши ожидания. Твоя кампания была блестящей.