Книга Измена. Финальный аккорд, страница 46 – Мари Соль

— Проходите, — кивает мужчина на стул.

В кабинете он один. Но я вижу ещё один стол, напротив. Он пуст. На нём только бумаги, компьютер включён. Словно этот кто-то исчез, улетел, ненадолго.

Я сажусь на стул, ощущая облегчение. Ноги дрожат, я их прячу под стулом.

Следователь такой, как из фильма «Улицы разбитых фонарей». И чем-то напоминает мне Нилова. Я помню! Так как папа с Юркой вечно смотрели его, обсуждая убийства, улики и прочую муть.

— Севастьянова Ульяна Аркадьевна, верно? — говорит он, не глядя.

— Д-да, — отвечаю. Держу наготове свой паспорт. Хотя уже показывала его на проходной.

Он паспорт не просит. Суёт мне бумагу. Где от руки, почерком, явно знакомым, изложено что-то. Но что?

— Ознакомьтесь и подпишите, если всё так и было, — равнодушно бросает мужчина.

Я осторожно беру из его рук листок. В правом верхнем углу мелким почерком надпись: «Представителю следственного комитета РФ, Тисман М.А.».

Тисман? Марк? Что он хочет?

Рука дрожит, и я прекращаю держать на весу. Кладу лист на стол, точнее, на кончик стола, свободный от прочего. Склоняюсь над ним, нервно теребя в руках ручку от сумки, и начинаю читать…

«Я, Тисман Марк Александрович, 1979 г.р. гражданин РФ, добровольно, в трезвом уме и твёрдой памяти, хочу сообщить о совершенном мною преступлении против гражданки РФ, Севастьяновой Ульяны Аркадьевны. В ночь середины октября она пришла ко мне домой, находясь в состоянии стресса по причине развода. Она находилась в трезвом состоянии. Алкоголь, предположительно в количестве нескольких глотков, был принят ею позже. По причине физиологии, гражданка Севастьянова У.А. потеряла ориентацию после принятой дозы спиртного. Я обнаружил её на кухне, почти без сознания. Далее я отнёс её на кровать, переодел и…

Тут рука писавшего начинает дрожать, и почерк идёт совсем криво.

«… и совершил над ней действие сексуального характера без применения силы. Данный факт был сокрыт мною, но затем я признался гражданке Севастьяновой У.А. в содеянном. Узнав о том, что она ждёт ребёнка. Так как мною, во время совершения сексуального акта, не было применено мер защиты от нежелательной беременности, таких, как презерватив, я предполагаю, что отцом ребёнка являюсь я.

Прошу оформить, как явку с повинной. И привлечь меня к ответственности за совершённое преступление. А также наказать по всей строгости закона».

Далее следует подпись, число…

Я смотрю на бумагу, написанный текст плывёт перед глазами. Он только что опозорил меня перед всеми. Он что, обалдел?

— Это что? — машинально шепчу.

Следователь, отвлекшись от дел, поднимает глаза:

— Вы не видите? Это чистосердечное признание гражданина Тисмана М.А. Если всё изложенное им соответствует правде, то я прошу вас подписать. Дело против него будет начато незамедлительно.

Я сижу неподвижно. Смотрю на ручку, которая привязана к верёвочке у него на столе. Верёвочка грязная, очень! Сложно сказать, сколько рук, сколько пальцев брало её, трогало. И я сейчас брезгую к ней прикасаться. Вынимаю из сумки свою.

— А что с ним будет, если… если его признают виновным? — не узнаю собственный голос, он звучит так сдавленно, глухо. Как будто не я говорю.

— Статья 131 УК РФ, изнасилование. Наказываются лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет.