Книга Семь способов засолки душ, страница 37 – Вера Богданова

Что-то шуршит за плинтусами и кухонными тумбами. Ника не глядя бьет ногой по плинтусу, шуршание стихает.

Она нажимает «ответить», пишет: привет, папа. Как там, в Нижнем мире? Нашел мой страх? Затем открывает переписку с Андреем. Там собралось еще десять неотвеченных: извинения, мемы, вопросы ни о чем. Вместо ответа Ника пишет: нужна помощь.

Зачем ей это? Не ее дело, Рома прав.

Но это единственное, на что она хоть как-то может повлиять.

Ника возвращается в почту, снова и снова бездумно обновляет страницу. Пальцы покалывает и голова тяжелая. Близкая мигрень дает о себе знать камнем в затылке, который тянет вниз, держит у земли.

Шуршание делается громче, что-то скребется за плинтусом, грызет его изнутри. Нужно купить яда для мышей, думает Ника. И больше ловушек от тараканов.

В ящик падает новое письмо.

Капитальный ремонт в вашей старой квартире, недорого.

Письмо и правда про ремонт аварийных квартир, например в домах поточного способа застройки, сколько их в Староалтайске, целый район, взгляните. Чтобы не возникло неожиданных проблем, обезопасьте вашу собственность прямо сейчас, вызовите нашего мастера, проверьте состояние труб, проверьте состояние стен. Сделать это легко, просто напишите нам. У нас сияющие скидки, торопитесь.

Ссылка на сайт компании не работает, запрашиваемой страницы не существует. Ника смотрит на фото ванных комнат и кухонь, сделанных под ключ, а те подрагивают, выгибаются к Нике вместе с экраном телефона, пахнут плесенью, гнилыми перекрытиями.

Ника знает, чего от нее хотят.

выдох шестой

В Алтайском крае молодая женщина покончила с собой, бросившись под поезд

Староалтайск, 2004

Инцидент произошел в четверг в 21:00. Свидетели утверждают, что женщина спустилась с платформы станции Гурино и добровольно легла на рельсы перед прибывающим поездом. Машинист затормозить не успел. Пострадавшая скончалась на месте. Ее личность устанавливается.

Движение поездов в направлении станции Апатьевск было прекращено в 21:10.

Самую первую самоубийцу из секты нашли на Потоке случайно. Все из-за прогнившей системы отопления на чердаке: перекрытие намокло и обрушилось вместе с потолком в квартиру этажом ниже. Из дыры лилась горячая вода. Вызвали аварийную службу. Работники поднялись на чердак и обнаружили ее: лет двадцать, кожа вздулась от кипятка. Запах не чувствовался, потому что здание было аварийным еще до протечки, часть крыши отсутствовала, как и стекло в чердачном окне.

Сказали, это одна из послушниц «Сияния». Она обдолбалась и вскрыла себе вены. Как уж это определили с такой степенью разложения, было непонятно. Незадолго до смерти она рассказывала родным о главе культа, Леониде Дагаеве. О том, что с помощью учителя она стала видеть духов, и те сообщили ей, что она теперь неуязвима.

Станешь тут видеть духов, когда ты истощена и тебя все время накачивают наркотой.

В конце девяностых жители Потока удивлялись редко. Милиции тоже было не до мертвых наркоманов: шприцы лежали прямо у подъездов, нормальные люди на тех улицах вообще старались не появляться. Жители напряглись чуть позже, на четвертой жертве, найденной на очередном чердаке. Мне было шесть тогда, я слышала лишь отголоски разговоров. В воздухе висела темная паника.

По району начали ходить патрули добровольцев. Не то чтобы они заботились о наркоманках, скорее боялись за своих детей. Мне и моим одноклассникам запрещали гулять одним, убирали приставные лестницы, ведущие на чердаки, — правда недалеко, в подвалы тех же подъездов. Вешали новые замки, но самоубийцы все равно как-то оказывались на чердаках, умудрялись забраться через узкий квадратный лаз. Я это помню. Они сами туда залезали за дозой, писали в газетах. Волна самоубийств из-за нового наркотика. Он сводит их с ума.