Книга Не дам тебе сбежать, страница 25 – Хелен Кир

За мной бежит знакомый консультант, показываю ему чтобы свалил. Он сваливает. Я тут суммы нехилые оставляют, так что потерпят.

— Ты придурок.

Все, что слышу из-за двери. Другого не ждал.

Сползаю по своей стороне. Обессиленно сажусь на пушистый коврик.

Мне это все надо? М? Чего я с ней вожусь? Все только из-за того, чтобы сменить испорченный шмот. Ой, дураак … Стыдно за себя. Очумело протираю лицо горящей рукой.

— Давай, — хриплю. — Выбирай на смену и мы в расчете.

— Не буду.

На голову летит пара штанов. Смахиваю.

— Авдеева! — гремлю, как ржавое ведро. Голос просаживается. — Я сейчас тебя завалю там вешалками. Выбери что-нибудь и клянусь, мы свалим отсюда.

На башку приземляется футболка. Белая. Сучка!

— Подарки своим телкам покупай.

— Дурочка ты, — угораю. — Телки сами требуют, а ты не от мира сего.

Внутри скручивается болезненная пружина.

— Я не они! — вылетает следом топ.

На ядерных пружинах подскакиваю. Собираю вещи, кидаю назад. Вылетаю в зал, там уже ждет на входе Серега. Мельком выцепливаю, что в руках размеры Авдеевой. Молоток. Оперативно сделал.

— Вот, — сует в руки. — Последние новинки.

Буркаю спасибо, вихрем влетаю назад и снова переваливаю за борт набранное. Пищит. Зверски ругается. Долбится в двери. Наваливаюсь спиной, фурия сейчас щеколду сорвет.

— Сказал, выбери, — цежу в щелку, наблюдая встрепанную заразу. Она красная, как факел. Заметив меня, злобно выкатывает фак. Другой бы навешал трандюлей, а ей не могу. Вину чувствую за кафе и, если честно не только за кафе. — Не выйдешь без выбранного. Я все сказал. Сиди хоть до вечера.

— У тебя тренировка! — мстительно. — Выпрут из команды.

— И ты лишишься соточки, — добавляю.

Тишина.

Ну? Дошло наконец?

За дверцей абсолютный покой длится минут десять. Кажется, слышу, как мысли Авдеевой ворочаются. Юля на крючок клюет. Едва различимый обреченный вдох и начинает перебирать вешалки.

Прикрываю глаза.

Она сейчас там почти без ничего. За сомкнутыми веками вспыхивают мучительные сполохи. На ум прилетают непрошенные кадры раздевалки, как трогал ее. Грудь … Бедра … Губы … Поджимаю ноги в коленях, сворачиваюсь от мучительного прилива крови. В низу живота кипяточные спазмы хлещут.

Мне ничего не стоит войти …

А дальше? Втащит по лицу. Мне плевать, я от нее не раз выхватывал, хочу-то другого. Хочу так, что искры снопами перед глазами рассыпаются. Дикая зверушка … Увлекательно-притягательная. Независимая. Злая. Дерзкая.

Рот ее провокационный. Задиристый и неприлично притягательный. Никакая косметика не нужна, никакая помада, ни хрена! Там и так … твою ж мать! Скручивает повторно.

— Что там? — задавленно хриплю.

— Выбираю, — недовольно.

— Нормально там выбирай.

— Без тебя разберусь! — рявкает.

И следом начинает жалобно пищать. По соплям понимаю, то ли влезло что-то куда-то, то ли прищемило. Короче … помощь нужна. Она не просит, но решаю, что нужна. Как пьяный в дрова встаю, отщелкиваю замок. Не глядя на Авдееву, вваливаюсь без приглашения в примерочную.

Выбраться из примерочной без потерь не получится. Не мой день, граждане. Ну не мой от слова «совсем». Какого рожна согласилась на провокации Айдарова, скажите. Глупая дурная овца, вот кто я. Ругаю себя на все лады.

Ненавижу долги, это мой жизненный принцип. Ненавижу! Но Богдан загоняет меня туда с особым усердием.