Книга (Не) разведись со мной!, страница 74 – Франциска Вудворт, Настя Любимка

Раздосадованная Милиса надула губы и хмуро уставилась на меня, явно поспешно перебирая в уме новые доводы.

— Тогда… тогда я выберу себе любые украшения из тех, что эрцгерцог обещал тебе передать.

— Мили, — простодушно удивилась я, — как же я могу обещать тебе то, чего у меня ещё нет? На все воля эрцгерцога. Вдруг он передумает или разочаруется во мне…

Я опустила взгляд и постаралась придать лицу выражение робкой неуверенности, будто сомнения вновь, по привычке, одолели меня.

Сыграть это оказалось нетрудно. Они с мачехой слишком долго и слишком усердно растаптывали мою самооценку: учили сомневаться в каждом слове, стыдиться каждого желания, чувствовать себя никчемной. Они отнимали у меня даже жалкие крохи отцовской нежности, пока я не привыкла считать себя недостойной и их. Поэтому теперь Милиса не заподозрила ни малейшей фальши.

Как красиво все начиналось: «Оставь мне жемчуг на память о себе, сестрица…»

А в итоге и о памятном знаке забыла, и от жадности посягнула на родовые драгоценности эрцгерцога Ардора. Что ж, вкус у нее, надо признать, отменный. Зато совести — ни на грамм, а наглости столько, что ею впору наполнить целое озеро.

— Главное, ничем не расстраивай эрцгерцога Ардора, и все будет хорошо, — деловито наставила она меня. — Он к тебе расположен. Ты только ничего не испорть!

Она еще раз скользнула взглядом по жемчужному ожерелью и вздохнула с таким искренним сожалением, что мне почти стало смешно. Но возможность в будущем прибрать к рукам фамильные украшения рода Ардор, очевидно, перевесила ее желание завладеть жемчугом прямо сейчас.

— Тогда я сегодня лягу пораньше, — с горячим рвением произнесла я, наивно хлопнув ресницами, — чтобы завтра, не дай Вейстерские боги, не проспать и не огорчить дедушку.

— Да-да, иди, — небрежно махнула рукой Милиса уже у порога.

Интерес ко мне исчез, да и приступ трогательной сестринской любви испарился без следа. Как и сама Милиса, шагнувшая за дверь, даже не попрощавшись.

К полудню кареты свернули с тракта на просторную поляну, укрытую от ветра стеной старых лип. Место выбрали идеальное: рядом журчал узкий ручей, скрытый пышными кустами, а кроны деревьев давали мягкую, благородную тень.

Стоило экипажам остановиться, как навязанная мне компаньонка мадам Беатрис Лестрис первой поспешила покинуть карету и, зажав рот рукой, побежала к деревьям. Ее знатно укачало. Я вышла следом за ней и с наслаждением вдохнула полной грудью свежий воздух. Слуги эрцгерцога принялись за дело со слаженностью, которой можно было позавидовать. Одни распрягали лошадей и отводили их к воде, другие расстилали плотные дорожные ковры, устанавливали складной стол и кресла с гербовой вышивкой на спинках.

Я, если честно, смотрела на все это с большим изумлением. Потому что в прошлом мне не доводилось участвовать в таких дорожных остановках. Друд, если мы ехали в столицу, всегда гнал лошадей к поселениям, где можно было снять комнатку в таверне или остановиться у знакомых в поместье.

Через несколько минут на темно-синей скатерти уже появились чайник с чашками, корзины с хлебом, сыром, фруктами и холодным мясом. Глядя на еду, я сглотнула слюну. Утром толком поесть не вышло, обнаглевшие лица моей родни испортили весь аппетит, а сироп, каким они щедро лили в уши мне и дедушке, вязкой пакостью оседал не только в сознании, но и комом вставал в горле.