Книга Канцлер-дракон. Её тёмный защитник, страница 37 – Рина Мадьяр

— Подойди, — говорит уверенно император, не отрывая взгляда от карты и его тихий голос заполняет собой все пространство комнаты, вытесняя воздух.

Я делаю два шага. Кажется, пол подо мной слегка прогибается. Или это ноги дрожат?

Наконец он поднимает голову.

— Ты принесла в мою цитадель беспорядок.

Я открываю рот, но звук не выходит.

— Говори, — он откидывается на спинку кресла, складывает пальцы домиком перед собой. Его поза расслаблена, но в этой расслабленности читается абсолютный контроль. Каждая мышца, каждый нерв подчинены его воле. — Начни с начала. С того момента, как тебе вручили робу и отправили в архив. Не пропусти ничего. Особенно то, что касается капитана Варрада. И того, что ты сожгла.

Он уже знает. Зачем тогда эта аудиенция? Чтобы услышать, как я это озвучу? Чтобы увидеть, как я буду извиваться?

Я делаю глубокий, дрожащий вдох.

— Мне выдали робу и проводили в западное крыло. В небольшую комнату со стеллажами. Заданием было инвентаризация личных вещей семьи Анрих, изъятых после капитуляции. Я составила опись части предметов. Детские вещи. Письма. Потом я открыла последний ящик, стоящий на столе. Там был дневник. Кожаный переплет, серебряная застежка.

Он не двигается, не моргает. Слушает.

— Я начала его просматривать. Это был дневник моей прабабки, судя по почерку и датам. Там были личные размышления. Легенды. — Я глотаю ком в горле. — И была схема вроде Древоа рода. С пометками о способностях. О том, что сила в крови это не метафора.

— Продолжай, — говорит он всё так же тихо.

— В этот момент в комнату вошел офицер. В мундире, но без алых акцентов капитана Варрада. Молодой. — Я описываю его максимально точно, каждую деталь, которую запомнила. — Он сказал, что капитан Варрад просил передать: некоторые архивные материалы требуют особого внимания. Что они хрупкие или содержат опасные сведения. Он назвал дневник «старой книжицей, полной суеверного бреда» и предложил изъять его для экспертизы. Минуя опись. В обмен на гарантии моей безопасности и комфорта.

Я вижу, как крайнее перо на столе слегка колышется от моего дыхания. Больше в комнате ничто не движется.

— Ты отказалась, — уверенно произносит Император.

— Да. Сослалась на Ваши четкие инструкции. — Я опускаю взгляд на свои грязные руки. — Он настаивал. Говорил о сотрудничестве и вознаграждении. И тогда раздался грохот. Крик о пожаре. Он выбежал.

Я поднимаю глаза. Встречаю его янтарный, нечитаемый взгляд.

— И что ты сделала потом, Мистрея Анрих?

Вот он. Момент. Правда или ложь? Но лгать ему все равно что пытаться заткнуть пальцем жерло вулкана. Он почувствует фальшь. Он ее увидит.

— Я… я вырвала несколько страниц из дневника. Те самые, где были схема и пометки о силе и спрятала их. Остальное я подожгла. Бросила в ящик с бумагами. Чтобы огонь уничтожил то, что хотел заполучить Варрад.

Тишина, которая следует за моими словами, давит на барабанные перепонки. Император не двигается, только его глаза, казалось, стали еще холоднее, еще прозрачнее.

— Где эти страницы сейчас? — спрашивает он наконец. Каждое слово отчеканено, как монета.

Я медленно, чтобы не вызвать подозрений в резком движении, достаю смятые листы.

Бумага шуршит в моих дрожащих пальцах. Я кладу ее на край его безупречно чистого стола.