Книга Канцлер-дракон. Её тёмный защитник, страница 36 – Рина Мадьяр

— Вы останетесь здесь, — бросает он, наконец отпуская меня. — До выяснения. И если вы лжёте…

Он не договаривает, но я и сама понимаю, что меня ждёт, если вдруг найдётся обоснование, которое докажет мою причастность к поджогу.

Меня закрывают в какой-то комнате и я слышу, что к двери приставляют двух стражников.

Пока есть время я осторожно складываю страницы и пытаюсь сделать так, чтобы они не потерялись или не были обнаружены.

Моё сердце относительно спокойно, ведь многие из вещей не должны были сгореть в том слабом огне, кроме бумаг, конечно. Но большинство из них я уже успела просмотреть и особой ценностью они не обладают.

Время в закрытой комнате, которая тоже вероятно предназначена под склад, тянется ужасно медленно.

Сколько я буду ждать здесь?

Усталость накатывает волнами, смешиваясь с чувством голода. Помещение абсолютно пустое и от того каждый мой шаг в этом пространстве отдаётся чётким эхом. Бежать я и не думаю, хотя мысли пробраться в вентиляционные ходы имеются. Однако так я могу навлечь на себя подозрения императора, что мне совершенно не нужно.

Можно сколько угодно думать о том, зачем именно могут потребоваться страницы Варраду, но даже если они найдут этот дневник, пусть и частично сгоревший, то нужных сведений всё равно не будет.

Внезапно дверь наконец открывается и в комнату заходит незнакомый мне стражник:

— Его Величество готов вас выслушать, — говорит мужчина. — Следуйте за мной.

Меня ведут куда-то вниз по узкой, крутой винтовой лестнице, вырубленной прямо в толще камня. Ступени стерты посередине, края острые, неровные, а воздух постепенно становится тяжелее, влажнее.

Стражник идет впереди, не оборачиваясь. Я иду за ним, спотыкаясь о подол грубой робы.

Куда мы идём? Внутри всё сжимается, я надеюсь, что этот путь не в какую-нибудь подземную темницу.

Лестница заканчивается перед массивной дверью из темного, почти черного дерева, укрепленной железными накладками. Стражник стучит три четких, отмеренных удара костяшками пальцев.

— Введите, — раздается низкий знакомых голос из-за двери. Он обжигает меня, как ледяной ветер.

Дверь открывается внутрь и стражник отступает в сторону, становясь частью тени, а я переступаю порог.

Комната невелика. Стены сплошь заняты стеллажами до самого потолка. Книги, свитки, футляры со странными инструментами, кристаллы в матовых сферах. В центре стоит огромный письменный стол из черного дерева, заваленный картами, бумагами, несколькими закрытыми ларцами. На столе нет ничего лишнего.

И за этим столом, в кресле с высокой спинкой, сидит император Рааз-Аштар Хазрад. Он изучает развернутую перед ним карту, тонким серебряным пером отмечая что-то на пергаменте. На нем простой, темно-серый камзол, без вышивки, без знаков отличия. Волосы, черные как смоль, свободно спадают на плечи, и только тонкая серебряная заколка у виска удерживает прядь со лба. Он выглядит сосредоточенным как ученый, погруженный в сложный расчет и от этого становится еще страшнее.

Я замираю в двух шагах от стола, не решаясь нарушить тишину. Стою и жду, пока он соизволит поднять взгляд. Мои руки, запачканные сажей, бессознательно прячутся в складках робы. Я чувствую каждую прожилку грязи на лице, каждый сбившийся, пропахший гарью волос.