Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 79 – Мария Минц

Той самой.

— Сейчас? — спросила я. — Ты двое суток почти не спал.

— Ты тоже.

На его вороте засохла дорожная грязь. Я заметила её и поняла, что сейчас спорила с человеком, который устал не меньше меня.

— Поэтому хотя бы один из нас должен вести себя разумно.

Он повернул голову на мой голос. Повязка скрывала глаза, но уголок рта едва заметно дернулся. Привычный спор возник и сразу погас. Между нами лежало другое имя.

— Элина уже ждёт, — ответил Бастиан.

Магистр Тар приехала раньше нас по другой дороге. Дэмиану сообщили, что она возвращалась в академию. В действительности Бастиан отправил Ардена к почтовой станции ещё до разговора с Инквизицией.

Значит, решение искать Вивиан он принял до того, как защитил меня.

Мы пошли в западное крыло втроём. Сэнди хотела увязаться следом, но я попросила приготовить настой и лечь. Она странно посмотрела на меня. Наверняка заметила, что я обращалась к Бастиану ещё осторожнее, чем в первые дни. Вопросов не задала.

Дверь ритуальной комнаты была опечатана. Бастиан сорвал ленту сам.

Внутри ничего не изменилось. Оплывшие свечи стояли вдоль стен. Высохшие травы были рассыпаны у разбитого зеркала. На каменном полу сохранился тёмный круг, в котором я очнулась. Даже царапина от ножен Бастиана осталась возле порога.

Я снова увидела его таким, каким встретила: ослепшим, израненным, с мечом в побелевших пальцах. Тогда я не знала ни его имени, ни своего нового лица. Сейчас знала слишком много и всё равно не понимала главного.

Где Вивиан?

Элина зажгла три тонкие лампы и поставила их по краям круга.

— Ничего не трогайте, — предупредила она. — Особенно зеркало.

— Оно разбито, — заметила я.

На ближайшем осколке дрожало отражение синей лампы. Подойти и собрать стекло хотелось почти физически — слишком легко было представить, как кто-то порежется.

— Поэтому особенно зеркало.

Она села прямо на пол, разложила кристаллы и пропустила между ними серебряную нить. Бастиан остался у двери. Здесь его зрение было слабее: камень поглощал свет, лампы прикрыты синими колпаками. Я подала ему руку, но он коснулся стены.

— Сам.

Я отступила и помогла Элине. По её указанию собрала травы отдельными щипцами, назвала цвет свечного воска, отметила на бумаге положение осколков. Половину растений узнала: мята, можжевельник, иссоп. Остальные подсказала память тела — лунная вербена, стебли плачущего льна, сухие лепестки снежника.

Ни одной травы для вызова мёртвых или подчинения души.

— Здесь лечили, — сказала Элина через час. — Или пытались спасти.

Бастиан отделился от стены.

— Кого?

— След не сохранил имени. Но контур открывали изнутри. Никто не держал источник силой.

Добровольно.

Я присела возле тёмной линии. На внутренней стороне круга были заметны четыре маленькие капли воска. Вивиан стояла здесь сама. Зажигала свечи, раскладывала травы, закрывала дверь.

— Что за сила ответила? — спросила я.

Элина коснулась кристаллом края круга. Камень вспыхнул золотом и тут же погас.

— Не человеческая. И не драконья. След слишком чистый, чтобы принадлежать обычному духу.

Божественное вмешательство.

Мы переглянулись с Бастианом. Он различал только движение, но почувствовал мою остановку.

— В доме есть храмовые книги Вивиан? — спросила магистр.

Я не знала. Бастиан тоже. Сэнди принесла ключи от личного кабинета и начала открывать шкафы. Мы искали до рассвета.