Книга Ненужная жена князя Горчакова, страница 41 – Мелина Боярова

— Через два дня, как начнется глухой лесной тракт, разбойники нас в засаде будут ждать, — продолжил Прохор, вселяя страх каждым словом. — Всех под нож велено пустить, а карету сжечь. Им Наталья Алексеевна лично золота отсыпала, чтобы концы в воду спрятали.

Вот, значит, как? Просто выслать меня в глушь уже недостаточно? Проще избавиться от неугодной жены, чтобы расчистить себе путь?

— Значит, разбойники, — прошептала, чувствуя, как сжимаются кулаки. — Ну что ж, раз уж нас жалеть не велено, то и мы не станем. Посмотрим, кто здесь настоящий охотник.

Я немедленно вызвала к себе Капитолину. Она, выслушав Прохора, только нахмурилась, скрипнув зубами.

— Змеи подколодные, — покачала головой. — Настенька, деточка, что же делать-то? Нас ведь трое женщин против вооруженных мужиков. Прохор еще. Так ведь, что он им сделает безоружный?

— Во-первых, давайте успокоимся, — выдохнув, попыталась взять себя в руки. — Во-вторых, уже хорошо, что нам удалось узнать о планах убийц заранее. Так что мы еще поборемся. В-третьих, план со зверобоем остается в силе, но нам нужен численный перевес. Завтра будем проезжать через Новгород. Прохор, сможешь найти там наемников?

— В Новгороде-то можно, барышня, — он почесал затылок. — Да только кто ж против княжеской гвардии пойдет? Прослышат, чей конвой — и в кусты.

— Значит, не будем говорить, чей. Скажем, что дорога дальняя, опасаемся грабителей. Но сначала нужно дожить до Новгорода. Хуже, если они устроят нападение раньше.

Ночь прошла в лихорадочном ожидании. Я не сомкнула глаз, вслушиваясь в каждый шорох за дверью. Дуняша тоже вздрагивала от каждого скрипа. А Капитолина попросилась на хозяйскую кухню, чтобы в дорогу особых пирогов наготовить, да морса наварить.

Служанки дрыхли себе на кроватях. А охранники долго гуляли и веселились, предвкушая легкую наживу. Идиоты.

Утро встретило нас дождем и расхлябанными дорогами. Полдня мы тащились в вязкой колее, рискуя застрять в чистом поле. Но, к счастью, все же добрались до Новгорода.

На окраине сняли недорогую гостиницу, чтобы помыться и переночевать. Хозяин нам баньку во дворе растопил, да два чана горячей воды предоставил, где можно было хоть немного отмокнуть, смыть дорожную пыль и привести себя в порядок.

Прохор вернулся из местных таверн ни с чем. Стоило наемникам увидеть гвардейскую форму наших «защитников», как они тут же теряли интерес. Горчаковых знали и боялись. Никто не решался выступить против архимаговской силы.

— Не соглашаются, барышня. — Прохор выглядел раздавленным. — Говорят: «с князьями не ссоримся».

— Проклятье! — Я ударила тростью по колесу кареты. — Что же делать?

Взгляд упал на вереницу груженых телег и повозок, со скрипом выползающих на дорогу, ведущую в сторону Москвы.

— Узнай скорее, можем ли мы присоединиться к обозу, — нашла единственный выход, который позволил бы хоть немного отсрочить неизбежное.

Деньги открывали любые двери. За пять золотых нам дозволили глотать пыль, пристроившись в хвосте колонны. Но даже этой отсрочке я была рада.

На следующей почтовой станции, где мы меняли лошадей, я вышла из кареты, чтобы размять ноги. Дождь усилился, превращая землю в липкое месиво. У стены конюшни, прямо в грязи, я увидела человека.

Он сидел, привалившись к гнилым доскам, и просил милостыню. На нем были остатки военного мундира, превратившегося в обноски. Вместо левой ноги торчал деревянный обрубок. Но больше всего меня поразил его взгляд.