Книга Ненужная жена князя Горчакова, страница 38 – Мелина Боярова

Дмитрий побледнел, его глаза опасно сузились. Вокруг него сгустилось магическое марево, готовое разразиться молниями, но плевать я на это хотела.

— Если бы граф Щепкин, знал, что спасает жизнь человеку, сын которого так обойдется с его единственной дочерью, он бы трижды подумал, стоило ли марать руки об эту грязь, — я нарочно хлестала словами, как кнутом. — Но мой отец был офицером и свято верил, что честь — это не только магическая сила, но и верность своему слову, о чем вы окончательно позабыли в объятиях фаворитки.

— Молчи! — прошипел он, делая шаг ко мне. Мундир на князе задымился, а на руках вздулись вены, пульсируя багровым цветом.

— Не переживайте. Я не собираюсь кричать о вашем бесчестии на каждом углу. Достаточно того, что мне хватило смелости сказать вам это в лицо. А вы, несмотря на все свои достоинства и регалии, не смогли отказаться от брака с женщиной, которая вам не нужна. Проще ведь подстроить падение с лестницы, сослать в глушь, избавиться и забыть о таком досадном недоразумении, как законная жена. Что ж, живите со своей совестью, как умеете, если она у вас еще осталась. Но я в этом глубоко сомневаюсь. Не передать словами, как мне противно даже дышать с вами одним воздухом. Прощайте! Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

Я кивнула Прохору, который помог сесть в карету и закрепил самокатное кресло на запятках. Дуняша и Капитолина уже сидели внутри, придерживая на коленях корзины с едой. В глазах своих людей я увидела ту же решимость, которая гнала меня из этого гнилого места. Прохор забрался на козлы и уже направил карету к выезду, когда нас остановили.

Дверцы распахнулись, и я увидела Татьяну Львовну, лицо которой было перекошено мелкой мстительной радостью. За ее спиной жались две фигуры в серых чепцах и поношенных платьях. Я не сразу узнала в них Глафиру и Пелагею, которых выперла на скотный двор пару дней назад.

— Не так быстро, Анастасия! — ядовито пропела свекровь, указывая на служанок. — Я решила, что в глуши тебе понадобится помощь опытных слуг, а не только деревенских девок, не знающих манер. Глафира и Пелагея сопроводят тебя до Горчаково и будут докладывать мне о твоем самочувствии, чтобы я была спокойна за твое самочувствие.

— Мне они не нужны, — бросила, скривившись. — Мне не на что содержать этих нахлебниц. Пусть проваливают на скотный двор.

— Это не просьба, дорогая, а приказ князя, которого ты не смеешь ослушаться. — Татьяна Львовна втолкнула упирающихся девиц в карету и швырнула на пол кошель, от которого я так демонстративно отказалась. — Будьте послушными, девочки, и помните, кто ваша настоящая хозяйка.

Дверь захлопнулась, и я осталась в тесном пространстве с двумя змеями, чьи взгляды обещали долгие часы мучений и доносов, способных разрушить мои планы.

Дуняша тихонько опустилась на пол и подобрала кошель, сунув его в мой дорожный саквояж.

Я прижалась виском к холодному стеклу, наблюдая, как очертания особняка Горчаковых тают в сером утреннем тумане. Внутри все заледенело. В сердце осталась выжженная пустыня. Перед глазами до сих пор стояла картина: Дмитрий и эта хищная тварь Наталья в его кабинете. Их дыхание, их близость...

Четыре всадника взбивали пыль по обеим сторонам от экипажа. Их сабли мерно покачивались в такт движению, напоминая о том, что я все еще пленница.