Книга Хулиганка для нага, страница 122 – Алиша Михайлова

— Яичница? — переспросил он, пробуя слово на вкус.— В императорской библиотеке? — он тихо рассмеялся, и этот смех прошёл по моей коже мелкими мурашками.— Какая прелесть. Ты всерьёз решила, что я пытаюсь удержать тебя… завтраком?

— Тайра перевела…

— Ах, Тайра, — он выдохнул её имя, и в этом выдохе мне послышалось что-то среднее между уважением к хорошему игроку и предвкушением того, как он этого игрока переиграет. — Наложница, которая двадцать лет была тише воды, ниже травы… и вдруг специалист по древним языкам. Удобно, не находишь?

Хвост, до этого уютно лежавший на моей талии, начал медленно, дюйм за дюймом, соскальзывать вниз. Он не убрал его резко, он отпускал меня так, чтобы я каждой клеткой почувствовала потерю тепла. Как будто говорил: «Видишь, что бывает, когда ты веришь не мне? Я могу быть ближе. Или дальше. Выбирай».

Я шагнула следом — чисто рефлекторно, тело само рванулось за уходящим теплом, — и тут же замерла, поймав его взгляд. Он смотрел на меня с лёгкой, почти нежной насмешкой: попалась. В зрачках плясали золотые искры или это солнце дробилось в вертикальных щелях?

— Ты думаешь, она меня обманывает? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

— Я думаю, — он склонил голову к плечу, разглядывая меня, как шахматную фигуру, которую ещё не решил, куда двигать. Тень от его ресниц упала на скулы, сделав лицо ещё более хищным. — Что ты слишком быстро доверяешь тем, кто шепчет тебе приятное. Особенно когда эти «приятные» совпадают с тем, что ты отчаянно хочешь услышать, — он сделал паузу, и кончик его хвоста качнулся из стороны в сторону, словно отсчитывая ритм. — А я, знаешь ли, предпочитаю, чтобы ты доверяла мне. Хотя бы потому, что… — он замолчал, будто подбирая слова, но я видела в его глазах, что никаких сомнений там нет, только предвкушение, — …из всех, кто тебя здесь окружает, только мне ничего от тебя не нужно. Удивительно, правда?

Сайхан улыбнулся — легко, почти нежно, — и в этой улыбке мне почудилось: «Ведь всё, что у тебя есть, — моё. И ты тоже моя». А потом воздух между нами сгустился — он качнулся вперёд, тем самым текучим движением, от которого воздух становится гуще. Пространство между нами сжалось, наэлектризовалось, запахло нагретой кожей и чем-то пряным, диким. Его лицо оказалось в нескольких дюймах от моего.Пальцы легли на мой подбородок и чуть приподняли лицо, заставляя смотреть прямо в его глаза. Не больно. Но так, что не вырвешься. Да я и не пыталась. Мир сузился до этой точки касания, до жара его пальцев и холода, оставленного хвостом.

— Принеси свиток, — произнёс он почти шёпотом, и я почувствовала его дыхание на своих губах. — Я сам посмотрю. Если там яичница — значит, кто-то очень хотел, чтобы ты нашла именно её. И мы вместе подумаем, кому это выгодно. А если там что-то другое… — его глаза блеснули, и в глубине зрачков мелькнуло что-то тёмное, азартное, — …узнаем вместе.

Я смотрела на него, пытаясь найти подвох. Но он был абсолютно, непроницаемо собой: опасный, красивый, играющий в игру, правил которой я до сих пор не знала.

— Хорошо, — сказала я. — Принесу.

Он кивнул. И прежде чем отстраниться, провёл большим пальцем по моей щеке. Медленно, от скулы к уголку губ.

— У тебя час, — сказал Сайхан уже другим тоном: светским, почти официальным, но с ленивой искоркой в глубине. — У ворот. Я покажу тебе город. А ты покажешь мне свиток. Честный обмен.