Книга Ассари для нага, страница 5 – Алиша Михайлова

Перед глазами поплыло. Я обхватила плечи ладонями, холодные пальцы на голой коже. Только бы не упасть.

— И что теперь? — голос всё-таки дрогнул. — Темница? Или у вас тут змеиный суд, где приговор быть задушенной хвостом?

Он качнул головой, и в уголке его губ мелькнуло что-то, похожее на печаль.

— За попытку вернуться домой? Нет, маленькая Ассари. Я дам тебе то, за чем ты пришла.

— Вот так просто? — выдохнула я. — Ты дашь мне свою кровь, и я...

Хвост ожил, скользнул по камням ко мне, и кончик его коснулся щиколотки.

— Кажется, я уже говорил тебе: в моём мире просто не бывает ничего. Даже тень не ложится на землю, не отдав сначала свет.

Сквозняк тронул шторы, и ткань отозвалась тихим, едва слышным шелестом.

— Ты получишь мою кровь, Мия. Но и я кое-что получу взамен.

— И что же ты хочешь взамен?

— Тебя.

Он ответил сразу, словно ждал этого вопроса всю жизнь. А я просто стояла и не могла вспомнить, как делается вдох.

— Ты проведёшь ритуал. Сейчас. Моя кровь и твоя, под полной луной, как сказано в твоём свитке. Если врата откроются и ты вернёшься домой, я не стану тебя держать. Клянусь.

— А если нет?

Его взгляд не отпускал. Комната исчезла. Осталось только его лицо. Глаза. Он.

— Если нет, — голос стал ниже. — Ты примешь титул Ассари. Не так, как сегодня на празднике. По-настоящему. Передо мной, законом этого мира и его богами. И останешься. Со мной. Навсегда.

Навсегда.

Слово ударило под дых. Внутри всё сжалось в тугой, дрожащий ком, а кожа вдруг стала холодной и чужой. Мама. Цирк. Запах опилок и попкорна. Всё, ради чего я затеяла этот танец. А теперь навсегда. Или домой. Или он. Без середины.

— Ты так уверен, что ритуал не сработает?

— Я уверен, что всегда получаю то, что хочу.

Он поднялся, плавным движением подхватил с пола рубашку и протянул мне.

— Надень. В комнате прохладно.

Наши пальцы соприкоснулись на мгновение. Его сухие и твёрдые. Мои ледяные, дрожащие. Рубашка скользнула по плечам. Я запахнула её на груди, вдохнула запах воска и сандала и вдруг почувствовала себя почти защищённой. Смешно.

Сайхан уже стоял у стола. Ящик выдвинулся плавно, без звука. Блеснуло лезвие, тот самый ритуальный нож, которым он перерезал себе запястье. Рядом легла неглубокая чаша из тёмного камня. Никакой спешки. Он не сомневался. Ни в ритуале, ни во мне, ни в исходе этой ночи. Знал что-то, чего не знала я. От этой мысли по позвоночнику пробежал холод.

Повернулся. В уголке губ мелькнула тень усмешки.

— Слова помнишь? Или свиток достать?

Я вскинула подбородок.

— Помню.

Кивок. Нож в его руке поймал лунный свет, и по стене метнулся зайчик. Я смотрела на сталь и чувствовала, как внутри всё замирает. Сейчас. Вот прямо сейчас. Ещё мгновение и я либо вернусь домой, либо навсегда останусь здесь. С ним.

— Говори слова.

Сайхан перевернул левую ладонь вверх. Нож скользнул по коже, быстро, без замаха. Тёмная кровь побежала по линии жизни, собираясь в тяжёлую каплю на запястье. Перевернул руку над чашей. Капля упала. За ней вторая, третья. Густая, почти чёрная в лунном свете.

Он поднял на меня глаза и чуть повернул нож рукоятью вперёд.

— Теперь ты.

Я протянула дрожащую ладонь. Лезвие коснулось кожи. Короткая боль, и моя кровь закапала в чашу, капля за каплей, смешиваясь с его. Алая растворилась в тёмной, и на мгновение мне показалось, что жидкость вспыхнула изнутри. Неужели я правда это делаю? Прямо сейчас?