Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 75 – Катерина Дэй

И они оба рассмеялись — тихо, без пафоса просто потому, что в этом абсурдном сочетании паранойи и юмора вдруг появилась какая-то своя логика.

Дни шли, и даже Алор, привыкший к бесконечным коридорам и одинаковым схемам, начал замечать, как воздух во дворце будто стал легче. Он привыкал к терранцам, к их традициям — старался не выдать себя чужеродностью, контролировать каждый жест, каждую интонацию, почти в каждом слове и движении держать себя в узде.

Он привыкал к этому миру и всё чаще ловил себя на мысли, что в этой, казалось бы, отсталости была своя прелесть — неудобная, колючая, но настоящая. Здесь живые существа не прятались за экранами и не доверяли решения машинам. Они смотрели друг другу в глаза, спорили, верили, боялись и надеялись, и делали это так искренне, что Алору временами казалось: может, он не такой уж и продвинутый со своими гипердвигателями и гравикомпенсаторами. Может, верить в богов Солнца и Луны — это тоже своего рода технология. Просто её не запишешь в бортовой журнал и не загрузишь в центральный процессор.

И всё же Алор замечал, как меняется атмосфера. Стражники, которые поначалу косились на него с недоверием, теперь кивали при встрече чуть почтительнее. Гвардейцы, которых он тренировал, отрабатывали приёмы с сосредоточенностью, в которой уже не было обиды, а только желание стать лучше. Даже придворные, прежде смотревшие на него как на диковинного зверя, теперь обращались за советом — пусть и с опаской, будто боялись услышать в ответ что-то слишком прямолинейное.

Тем временем сплетни о синеволосом рихтэне из легенд расползлись по всем королевствам быстрее, чем весенние ручьи по оврагам. Многие не могли поверить, что он служит при Велдоре, и любопытство только разгоралось. Всё чаще в Пятое королевство наведывались гонцы и мелкие дворяне не с официальными визитами, а будто бы по делам, а на деле лишь затем, чтобы своими глазами убедиться: слухи правдивы. Короля завалили письмами царственные особы, требуя подтвердить или опровергнуть эти истории, словно от ответа зависела судьба всех союзов и договоров.

Велдор, просматривая очередную стопку пергаментов, только усмехался и качал головой:

— Похоже, Алор стал главной достопримечательностью королевства. Скоро придётся продавать билеты на осмотр «легендарного рихтэна».

Советник Грач, стоявший у окна и изучавший очередное донесение, едва заметно поморщился:

— Лучше бы они так же рьяно проверяли собственные границы. Любопытство — плохой союзник в неспокойные времена.

— Зато любопытство отличный повод держать всех на виду, — спокойно возразил король. — Пока они гадают, кто он и зачем здесь, они не плетут заговоры у нас под носом. Пусть смотрят. Пусть шепчутся. Главное, чтобы не пробовали проверить его броню на прочность. Нам хаос с соседями также не нужен.

И донесения стекались к королю Велдору одно за другим: «зелёные плащи» спешно покидали свои укромные уголки, словно кто-то резко дунул на тлеющие угли и искры разлетелись в разные стороны, торопясь укрыться в новых тенях.

А от принца Морнтара из Шестого королевства и вовсе хлынул поток подарков — один пышнее другого. То изящная шкатулка, усыпанная самоцветами, то серебряный кубок, отливающий холодным блеском, то резной ларец, в котором, казалось, затаилась сама тишина. Принц явно надеялся, что эта лавина любезностей растопит насторожённость короля и заставит его добровольно отдать принцессу ему в жёны.