Книга Ретроградный Меркурий для попаданки, страница 6 – Олеся Герус

Дариан за его спиной устало провёл ладонью по лицу — жест, за которым читалась застарелая, годами тренированная привычка сдерживаться, — и пробормотал что-то себе под нос.

— Простите? — переспросила я, склонив голову набок в своей фирменной манере "я всё слышала, но дам тебе шанс повторить это мне в лицо".

— Ничего, — сказал он громче, явно решив, что произнесённое уже не спрятать обратно. — Просто в очередной раз подумал, что круг мог бы вытянуть кого угодно. Кузнеца. Пекаря. Немого монаха, приученного к дисциплине и не склонного комментировать каждое моё слово.

— Приятно узнать, что моё общество настолько его обременяет, — сказала я, адресуя реплику скорее потолку, чем ему напрямую. — Учту на будущее: в следующий раз, падая в магический портал, постараюсь упасть тише и меньше шутить. Хотя не обещаю — характер такой, знаете ли, врождённый, как асцендент.

— Не обещай, — буркнул он, и в этом коротком ответе смешались раздражение и что-то очень похожее на невольное признание: спорить со мной оказалось утомительнее, чем он рассчитывал, — но и определённо не так уныло, как молчаливый монах из его же примера.

Я моргнула. Потом моргнула ещё раз, потому что первый раз явно не помог информации улечься в голове хоть сколько-нибудь ровно.

— Погодите, — сказала я. — Вы хотите сказать, что гороскопы тут реальны?

— Гороскопы, — повторил Кассель со вкусом, будто пробовал незнакомое слово на язык. — Забавный термин. Да. Реальны. Настолько реальны, что на них держится трон, война, торговля и половина законных браков в этой стране.

Что-то внутри меня одновременно взорвалось хохотом и рухнуло в обморок. Восемь лет я продавала клиентам красивую иллюзию контроля над будущим, зная — зная точно, — что вся эта конструкция держится на моей интуиции, харизме и умении звучать уверенно даже когда я понятия не имею, что говорю. А теперь мне сообщают, что где-то существует мир, где ровно то же самое ремесло работает буквально, взаправду, с реальными последствиями для реальных людей.

— Ну спасибо, — сказала я вслух, — вселенная наконец решила надо мной пошутить настолько тонко, что я даже смеяться не могу.

— Ты действительно занималась этим у себя? — спросила Зарайя, впервые обращаясь ко мне напрямую, и в её голосе прозвучало что-то среднее между ужасом и профессиональным любопытством, знакомым мне слишком хорошо: так коллеги смотрят друг на друга на конференциях, прикидывая, кто здесь настоящий, а кто вот-вот прогорит.

— Гороскопами? Ещё как. Одиннадцать лет практики, три миллиона подписчиков и репутация специалистки, готовой сказать тебе, стоит ли разводиться с мужем, основываясь на положении Венеры. — Я развела руками. — Была, наверное, стоит уточнить.

— Она пригодится, — сказал Дариан таким тоном, каким люди обычно сообщают, что заказанная мебель, к сожалению, не влезет в дверной проём. Не вопрос, не предложение — констатация факта, которую он явно уже обдумал и принял, пока остальные ещё спорили.

— Простите? — переспросила я.

— Мне не нужно твоё разрешение, чтобы решить, что с тобой делать, — сказал он, глядя на меня в упор. — Мне нужно решить это до рассвета, потому что через три часа сюда снова придут, уже с ордером на обыск, а не с формальным патрулём. Ты либо идёшь со мной сейчас, либо остаёшься объяснять Гончим, кто ты и откуда, — и поверь, второй вариант закончится для тебя гораздо хуже, чем для меня.