Книга Последний шанс Гесса, страница 91 – Нани Кроноцкая

Я прикрыла глаза, чувствуя, как по щеке скатывается солёная капля. Пусть течёт.

Гесс появился в дверном проёме моей каюты внезапно, без предупреждающего стука или шума шагов. Тень от корабельных светильников коридора скользнула по его неидеально выбритой голове, подчёркивая шрамы у висков и редкие клочья кудрявых волос на макушке, которые он так яростно соскабливал каждое утро.

Передо мной стоял человек. Не грозный вояка в своей устрашающей амуниции, чей взгляд часто бил поострее клинка. Усталый, вполне молодой ещё мужчина в лёгком сером комбинезоне из дышащего термотекстиля. Без привычных обвесочных ремней, без тактических перчаток и без оружия.

Кисти его рук, обычно скрытые под покровом защиты, были обнажены. Крупные пальцы с выступающими суставами, покрытые целой сетью бледных шрамов и свежих царапин, с неожиданно правильными и красивыми овальными ногтями. Руки учёного, аристократа, всю жизнь вынужденного воевать.

В них он держал самый простой круглый поднос, от которого поднимались клубы пара. Густой, насыщенный аромат с нотками настоящих специй и томлёного мяса ударил в ноздри. Не синтетическая бурда из пищевого синтезатора. Еда. Настоящая. Живая.

— Пришёл покормить героиню, — произнёс он, и его голос, обычно стальной, сейчас звучал… мягче.

Я попыталась сглотнуть, но горло сжалось. Хотела вытереть предательскую слезу, скатившуюся по щеке, но пальцы не слушались — только слабо дёрнулись на подлокотниках, словно перебитые крылья раненой птицы.

Гесс заметил. Аккуратно поставил поднос на столик и, прежде чем я успела моргнуть, достал из настенного дозатора гиги-салфетку.

— Прекрати, — сказал он тихо.

Тёплая, влажная ткань коснулась моей щеки. Он вытирал слезу с неожиданной осторожностью, будто боялся раздавить что-то хрупкое и драгоценное.

— Шервово… кресло… — прошипела я, беспомощно дёргаясь в эргокресле.

Оно тут же отозвалось мягким гулом, плавно развернув меня к столику. Гесс тихо фыркнул:

— Согласен. На редкость уродливая конструкция.

Взял вторую салфетку. Его пальцы обхватили мою кисть с непривычной для него нежностью. Вытирал методично, словно готовя к какому-то важному ритуалу. Будто это было совершенно нормально. Будто он не был тем, кто ещё вчера одним взглядом усмирил толпу диких ыс и сразился с разъярённым шервом возле созревшей кладки!

— Т-ты… — мой голос всё же сорвался в жалкий и унизительный хрип.

Гесс поднял глаза — и в них не было привычного ледяного блеска. Только глубокая, месяцами накопленная усталость. И что-то ещё… Промелькнуло, словно искра, и тут же исчезло.

— Тише, — сказал он. — Ешь.

И в этом коротком слове не было приказа — только просьба.

Я закрыла глаза, чувствуя, как по лицу снова катятся слёзы. На этот раз я даже не пыталась их остановить.

Он развернул поднос.

Настоящая еда. Не серая питательная масса из кухонного принтера.

Круглый бокс, наполненный рагу — густым, с сочными кусками мяса, томлёнными в пряном соусе. Низкая кружка с горячим напитком: золотистым, с плавающими в нём кубиками ароматных фруктов. И хлеб — тёплый, с хрустящей корочкой. Настоящий!

Одним точным движением Гесс активировал механизм трансформации моей узкой койки. Выскользнув из стены, компактное спальное место медленно развернулось, заполнив собой половину каюты. Он опустился на край.