Книга Развод с князем. Хозяйка доходного дома, страница 33 – Лилия Тимолаева

Варвара Егоровна стояла впереди.

— Ну вот, — сказала она. — Хозяйка пришла.

Никакого уважительного обращения.

Заслужила.

— Пришла.

— Объясните, почему наши договоры теперь сомнительные.

— Ваш договор я назвала так неудачно. Это была моя ошибка.

Она явно не ожидала признания.

Люди тоже.

Я продолжила до того, как кто-нибудь успел превратить паузу в новый спор.

— Вчера обнаружился договор на всю внутреннюю галерею, которого нет среди документов дома и о котором Степан Гаврилович никогда не знал. По нему другой человек получил право пользоваться галереей еще при князе Левшине. Поэтому сейчас она закрыта.

Марфа повысила голос:

— Мы уже заплатили.

— Ваши деньги находятся отдельно. Если я не смогу исполнить договор, верну полностью.

— А квартиры? — спросила женщина из толпы.

— Что квартиры?

— Говорят, вы будете проверять, кто сколько платил, а потом требовать доплату.

— Нет.

Савельев сложил руки на груди.

Я понимала, что одной фразы мало.

— Давайте договоримся прямо сейчас. Ни один человек, который честно исполнял свой действующий договор, не заплатит мне второй раз за уже оплаченный срок. Ни один договор не будет изменен потому, что мне не нравится его цена. Если условия законны и действуют, я их соблюдаю.

— А проверять зачем? — спросила Варвара.

— Чтобы выяснить, какие еще обязательства существуют у дома.

— Наши договоры у Степана есть.

— Ваши есть. Договора на галерею не было.

— И что?

— И то, что я не хочу через неделю узнать, что кто-то три года назад арендовал половину двора, через месяц — что другой человек заранее оплатил подвал, а через два месяца — что князь обещал кому-нибудь крышу.

Савельев усмехнулся.

— Крышу не сдавайте. Она и так течет.

Несколько человек засмеялись.

Напряжение немного ослабло.

— Не собираюсь. Сначала починим.

— Вот это запишите, — сказал кто-то сзади.

Я не стала изображать оскорбленную хозяйку.

— Запишу.

Варвара не улыбнулась.

— А если мой договор вам не понравится?

— Не обязан нравиться. Он обязан действовать.

— И плату не поднимете?

— До срока, указанного в вашем соглашении, нет.

— Даже если князь дал мне хорошее условие?

— Особенно если дал и вы его приняли законно.

Она смотрела на меня еще несколько секунд.

— Тогда почему вчера говорили иначе?

— Потому что плохо сформулировала вопрос.

Признать вторую ошибку за пять минут оказалось неприятно.

Но дешевле, чем потерять доверие всего дома.

— Я не знаю местных договоров так хорошо, как должна, — продолжила я. — Поэтому проверяю их с людьми, которые знают. Это не повод перекладывать мои сомнения на вас.

С заднего ряда спросили:

— А копии не заберете?

— Нет. Оригиналы вообще никому не отдавайте без расписки. Если потребуется сверка, принесете сами, мы снимем данные при вас.

Теперь заговорили сразу несколько человек.

Вопросы были практические.

Что делать тем, кто внес плату вперед?

Нужно ли подтверждение?

Что будет с галереей?

Когда вернут деньги, если спор проигран?

Станут ли меняться условия по лавкам?

Я отвечала на то, что знала.

На то, чего не знала, так и говорила.

Это оказалось эффективнее попытки изображать полную уверенность.

Через четверть часа люди начали расходиться.

Варвара осталась последней.

Подошла ко мне.

— Копию принесу вечером.

— Спасибо.

— Не благодарите. Я все равно за вами посмотрю.