Книга Непристойное положение, страница 33 – Вэл Килмер

Изабелла старалась как могла. Весло в её руках ходило неровно, поэтому шлюпку то разворачивало боком, то уносило обратно к рифам. Он видел, что она злится.

— Оливер, прошу, — в который раз начала Иза, — отдай весло. Боже правый, ты умрешь от потери крови! Ты очень бледный.

— Не начинай.

— Ты сейчас в воду упадешь. Элегуа, — вдруг произнесла она и заговорила на языке матери.

Изумление кольнуло его под ребро. А он считал, что она все забыла. Как же плохо он ее знал!

Шлюпку снова качнуло. Перед глазами на мгновение потемнело. Оливер медленно выдохнул сквозь зубы и заставил себя сосредоточиться на береговой линии. Впереди тянулась узкая полоска песка между скалами и густыми зарослями, и очевидно безлюдная: ни дымка, ни какой-нибудь хибары.

Рэкхем не так просто выкрикнул под конец о недовольных. Оливер, как и Калико, тоже хорошо знал Ямайку, чтобы доверять любому встречному на побережье. Особенно сейчас.

— Туда, — хрипло сказал он.

Изабелла обернулась.

— Я вижу.

Они подошли к берегу только с третьей попытки. Течение упрямо относило шлюпку вдоль рифов. Лодка двигалась медленно, толчками, преодолевая сопротивление прибрежной волны, пока ее нос наконец с глухим, мягким стуком не врезался в песчаную отмель пустынного пляжа, а днище с неприятным скрежетом ткнулось в песок.

Оливер перевалился за борт, намереваясь подтянуть лодку, но ноги сразу подкосились. Он рухнул лицом в набегавшую пену, чувствуя, как прохладная соленая вода на секунду обожгла лицо. Оливер попытался подняться. Он успел схватиться за борт, и всё равно тяжело рухнул коленом в воду. Перед глазами вспыхнули чёрные пятна. Рана в плече дёрнулась такой болью, что его затошнило.

Изабелла уже была рядом.

— Оливер! Вставай, пожалуйста, вставай! — ее голос доносился откуда-то издалека, заглушаемый шумом прибоя.

Он почувствовал её теплые и к удивлению сильные руки у себя под локтем.

— Не надо, — выдохнул он скорее по привычке.

Она только сильнее подставила плечо под его вес.

Берег под ногами качался хуже палубы. Вот так возвращение домой: он вернулся и едва не сдох в первый же час.

Изабелла почти тащила его вверх по берегу, он это чувствовал с унизительной ясностью. Её сбивчивое дыхание билось об его шею и скулу.

— Оставь, — пробормотал он. — Я сам.

— Замолчи. — Изабелла практически волокла его по мокрому песку, согнувшись чуть ни пополам.

— Оставь меня на берегу, — прохрипел он, чувствуя, как сознание снова ускользает. — Иди одна. Ищи дорогу на Кингстон.

— Нет!

В зарослях мелькнуло что-то тёмное.

Хижина. Да. Определенно лачуга стояла у самой кромки непроходимой стены мангровых зарослей. Старая, перекошенная, почти заросшая лианами. Возможно, ею пользовались рыбаки или беглые рабы-мароны — на Ямайке таких мест хватало. Лишь бы не контрабандисты, их появление им сейчас нужно меньше всего.

Изабелла втащила его внутрь сквозь узкий проем. Он тяжело опустился у стены, чувствуя, как затылок ударяется о дерево, и на секунду ему стало хорошо просто от того, что больше не нужно идти. Иза без сил упала рядом на земляной пол. Оливер жадно хватал ртом воздух, пахший старым деревом, золой и сыростью и наблюдая, как крыша медленно вращалась.

А потом он увидел ее лицо и ощутил ладони на лице. Она склонилась. Ощущение ее прохладных губ на его заставило задержать дыхание.