Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 13 – Евгений Ключников

Она встала, умылась, долго смотрела в зеркало над раковиной и пыталась найти на своем лице хоть что-то от той вчерашней девушки, которая перед кабинетом отца произнесла почти героическую фразу про плохого свидетеля. Девушка в зеркале выглядела бледной, невыспавшейся и слишком обычной для человека, которого через неделю собирались выдать замуж за мужчину с репутацией городского кошмара. Темные волосы выбились из пучка, под глазами легли тени, губы потрескались. Никакой особой силы. Никакой роковой красоты. Никакой будущей жены скандального наследника. Просто Ася Лебедева, которую в собственном доме слишком долго учили быть удобной, а потом удивились, что она умеет думать.

На завтрак она спустилась не потому, что хотела есть, а потому, что избегание в этом доме всегда трактовалось как слабость. Если бы она осталась в комнате, Лариса Аркадьевна пришла бы сама — с мягким стуком, с тонкой улыбкой, с готовым набором фраз о нервах, благодарности и необходимости не осложнять жизнь. Милана, возможно, прошла бы мимо двери громко, демонстративно разговаривая по телефону о съемке, от которой ее не оторвали ради “какого-то дикого брака”. Отец послал бы помощницу с расписанием. Каждый из них так или иначе вошел бы в ее пространство, потому что у Лебедевых личные границы считались роскошью, если речь шла не о Милане.

В столовой было светло и холодно. Утренний свет лежал на белой скатерти, на фарфоре, на серебряной кофейной ложке у чашки отца. Лариса Аркадьевна сидела на своем месте, уже идеально собранная: темно-синее платье, волосы убраны, на губах тот оттенок помады, который у нее означал деловые разговоры, а не семейные чувства. Милана явилась в спортивном костюме цвета пыльной розы, но даже он сидел на ней так, будто был частью рекламной кампании. Отец просматривал планшет. Никто не сказал “доброе утро”. Вчерашнее не требовало продолжения — для них оно было закрыто Асиним согласием.

— Сядь, — сказал отец, не поднимая глаз.

Ася села. Перед ней тут же поставили чашку кофе, хотя она обычно пила чай. Видимо, дом уже начал забывать ее привычки, освобождая место для новых инструкций.

— Сегодня у нас много организационных вопросов, — произнесла Лариса Аркадьевна, будто говорила не о свадьбе, а о благотворительном аукционе, где нужно расставить вазы и проверить список гостей. — Регистрация будет скромной. Без широкого освещения. Так лучше для всех сторон.

— Для всех сторон? — Ася взяла чашку, но не стала пить. — Я теперь сторона?

— Не цепляйся к словам, — устало сказала мачеха. — Виктор, она опять начинает.

Отец наконец оторвался от планшета.

— Ася, если ты хочешь сохранить хоть какое-то достоинство в этой ситуации, прекрати реагировать на каждую фразу.

— Мое достоинство вчера уже внесли в список расходов?

Милана громко поставила стакан с водой.

— Господи, началось. Ты сама согласилась.

Ася посмотрела на сестру. Та держалась уверенно, но под этой уверенностью дрожало плохо спрятанное облегчение. Ее спасли. Ее вынесли из-под удара. Теперь можно было позволить себе раздражаться на ту, кого под удар поставили вместо нее.

— Да, — сказала Ася. — Согласилась. Из-за папки, которую мне не дали прочитать. Из-за намеков о маме. Из-за шантажа. Давай хотя бы не будем делать вид, что я вчера выиграла свадебный букет.